– Братик, мама мне кое-что рассказала и просила поговорить с тобой, потому что я молода, и она думает, что тебе будет полезно услышать мнение современной девушки. Юань, не будь дураком и не слушай этого старика! Подумаешь, что он наш отец! Мы ничего не можем с этим поделать. Нет, Юань, ни мне, ни моим друзьям и в голову не пришло бы возвращаться домой и жениться на человеке, которого мы в глаза не видели! Скажи, что не поедешь – как он тебе помешает? Сюда его никто не пустит, даже если он явится с полчищами солдат. В этом городе тебе ничто не грозит… Ты уже не ребенок… Это твоя жизнь!.. Когда-нибудь ты женишься на той, кого выберешь сам. Ты заслуживаешь хорошей жены, а не той, что даже имени своего написать не может! И не забывай, в наши дни девушки не соглашаются идти в наложницы. Нет, ни за что! Если ты согласишься на брак с женщиной, которую выбрал для тебя отец, она и будет твоей женой. Я никогда не стала бы второй женой. Если я выберу женатого мужчину, ему придется уйти от своей первой жены и больше никогда с ней не жить. Я дала себе такую клятву. Юань, у нас, современных женщин, новые порядки. Мы даем зарок никогда не становиться наложницами – лучше уж жить вовсе без мужа! Не советую тебе сейчас слушаться отца. Легче твоя жизнь не станет.
Эти слова Ай Лан сделали то, на что Юань не мог отважиться сам. Слушая ее голос, такой решительный при всей его мягкости и звонкости, и думая обо всех подобных ей молодых женщинах, живущих в этом городе, он поддался чарам ее сияющей своенравной красоты:
– Это верно, что я не принадлежу времени моего отца. Это верно, что в наше время он не имеет надо мной никакой власти. Это верно… Все так…
Преисполнившись уверенности в своей правоте и силе, он пошел к себе и быстро написал ответ: «Я не вернусь домой и не женюсь, отец. Теперь я имею право жить по-своему. Настали новые времена». Юань посидел, подумал и решил, что выразился, пожалуй, чересчур резко, и не будет вреда, если он немного смягчит письмо. Он добавил: «К тому же сейчас неподходящее время для поездок – конец семестра. Если я приеду, то пропущу экзамены, и мой труд многих месяцев пропадет даром. Поэтому прошу тебя, отец, освободить меня от этого долга, хотя основная причина в том, что я не хочу жениться». Так в начале и конце письма появились учтивые и мягкие слова, но при этом Юань открыто высказал все, что хотел. Он не стал доверять отправку письма слуге, а сам наклеил марку и отправился по солнечным городским улицам на почту, чтобы положить письмо в ящик.
Как только это было сделано, он почувствовал себя сильнее, и на душе стало легче. Юань шел домой и радовался, и среди снующих по улицам современных горожан чувствовал себя еще сильнее и увереннее. В самом деле, требования его отца по нынешним временам абсурдны. Если рассказать об этом старом отмершем обычае всем этим горожанам, они поднимут его на смех и скажут, что бояться отца может только дурак. Поэтому среди них ему вдруг стало очень спокойно. Теперь это его мир – новый мир – мир свободных мужчин и женщин, вольных жить так, как им хочется. С глаз будто спала темная пелена, и Юань решил не возвращаться домой к учебникам, а чем-нибудь себя побаловать. Впереди сверкал множеством огней большой увеселительный дом с вывеской на многих языках: «Только сегодня! Лучший фильм года – “Путь любви”!» И Юань вместе со многими другими людьми завернул в широкую дверь под вывеской.
Однако Тигр не мог так легко смириться с отказом сына. Меньше чем через неделю он написал ответ, на сей раз в трех письмах: одно предназначалось для Юаня, второе для госпожи, а третье для старшего брата. Во всех было написано одно и то же. Тигр составлял письма не сам и оттого выражения были мягче, но тем холоднее и жестче звучали слова. Говорилось там следующее: сын Тигра, юноша Ван Юань, должен жениться тридцатого числа этого месяца, поскольку гадальщик назвал этот день счастливым для брака. Раз юноша из-за экзаменов в школе не может вернуться домой в этот день, родители решили женить его через доверенное лицо: женихом выступит двоюродный брат Юаня, старший сын Вана Купца, который будет отвечать за него на церемонии. Брак будет считаться заключенным по закону, как если бы Юань присутствовал на нем сам.
Вот какие слова Юань прочел в письме. Тигр все же решил добиться своего, и Юань знал, что отец мог пойти на такую жестокость только в сильнейшем гневе. Юань почувствовал отцов гнев, и опять его одолел страх.
