— Неужели я спал так долго? — на этом вопросе Прах, балансирующий на краю стола, неожиданно падает без сознании на пол спиной вниз. Виктор обеспокоенно подбегает к нему, а Рик замечает пустой стакан. Четверка Глупцов испуганно приближаются к Праху. Он лежит, не двигается, остается в таком положении, в каком и заснул. Даже лапы не разжимает. Виктор осторожно берет его на руки, прикладывает ухо к груди.
— Сердце стучит.
Ничего не понимает. Легко трясет его, зовет по имени. Прах издает протяжный стон и наконец-то расслабляется. Крылья больше не придерживает к телу, двигает хвостом, и лапы повисают в разные стороны, даже клюв раскрывается. Будто он сдох, но сжимающий его Виктор чувствует сильное сердцебиение.
— Он просто спит, но я не понимаю, почему?
— Вот сука! — неожиданно ругается в голос Рик и подкидывает Виктору кружку. — В нее мне вчера Фостер налил чай. Я выпил не весь напиток и мгновенно уснул, Прах сейчас опустошила кружку полностью.
— Снотворное? — обеспокоенно предполагает Кери.
— Определенно. К тому же очень сильное, что проспал я так много времени.
— Оно не убьет Праха? — вопрошает Виктор. На этот вопрос Рик не находит ответа. Кто его знает? Если снотворное и, вправду, сильнодействующее, то есть вероятность, что организм птицы не выдержит такого сильного химического воздействия.
— Хизер ведь врачует! — восклицает Стрикен. Действительно. Может она ответит на этот вопрос и поможет Праху? Виктор поднимается с корточек и бежит из-за всех ног на второй этаж.
Рик смотрит на Бакстера и вопрошает:
— Фостера нет давно?
— Мы проснулись и не обнаружили его. Хизер вся на иголках от переживания.
Тут вдруг, внезапно Рик дергается всем телом на месте, словно кто-то невидимый сзади приобнимает его холодной рукой. Он вспоминает о документах. Проверяет внутренний карман черной толстовки, облегченно вздыхает. Все на месте. Видно, Фостер собирался возвратиться до утра, чтобы Рик ничего не заподозрил, но что-то произошло по пути.
— Готовьтесь, беглецы, скоро сюда прибудут Псы, — цедит с удовольствием каждое слова и эпично кидает на стол документы. Один снимок вылетает из сложенной ценной бумаги и пугает Четверку Глупцов своей кровожадностью и бессердечием. Бакстер берет его в руки, непонимающе вертит в руках, смотрит внимательно. Черная галька. В небе парит чайка. На заднем фоне замечает расплывчатые, но знакомые фигуру Адама и Роберта, которые стреляют в спины мирных людей.
— Что это значит? — вопрошает у Рика. Тот раскрывает документ с приказом и подкатывает поближе к Бакстеру. Четверка Глупцов близко приближаются к столу.
— Уничтожение населения Исландии, — вслух читает заголовок Стрикен. Холод внутри.
— Эмма Миллер распорядилась, чтобы люди на этом острове все погибли, потому что они решили отколоться от СССМ и стать независимым государством.
— Это ведь считается изменой, — говорит Стрикен, и Кери награждает его ласковым взглядом.
— Поэтому мы должны донести до людей правду. Наша королева — чудовище. — Рик вздыхает и оборачивает на место, где он вчера сидел и доверчиво слушал байки, которые лились из уст чистого лгуна и соучастника во всех этих преступлений. — А Фостер — ее муж. И Хизер — погибшая принцесса. И сейчас он, наверняка, ведет за собой Псов, чтобы они задержали нас, потому что я влез туда, куда не следовало. И если нам все-таки удастся добраться до границы Великобритании, правление династии Миллеров распадется.
— И тогда на престол взойдет Паттинфинд, сын Грегера Гао? — радуется Стрикен. Однажды Грегер Гао показывал ему фотографию Паттина. Он не похож на отца, но легкий узкий разрез глаз говорит о родстве с ним. Стрикену он очень понравился, к тому же они одногодки. Он бы хотел с ним встретиться и поговорить о СССМ. Сколько еще тайн и загадок он не знает о формировании единого государства?
Рик только кивает головой. На самом деле, абсолютно наплевать, кто встанет на престол. Главное, чтобы этот человек действительно заслуживал этого места и делал все для благополучия всего человечества.
— Если, конечно, Грегер Гао, не замешен в этом деле? Быть не может, чтобы он ничего не знал, — говорит Бакстер, задумывается о чем-то. — к тому же, он управляет Домом Уродов.
— Нет, — протестует Стрикен, поднимает руки, — он — хороший и добрый.
Здравый смысл, что Грегер Гао — злой человек, проигрывает доверию Стрикена к представителю правительства.
Рик только усмехается. Когда же наступит тот самый день, когда Стрикен поймет, что не все, кто улыбается и говорит величественные и красивые слова, добродушные люди. Когда он поймет, что люди порой носят маски, а некоторые носят очень давно, что та срастается с ним, и человек в одночасье теряет себя. Сейчас он еще ребенок, увлекается историей и любит сказки, но обязательно настанет тот день, когда он обожжется от человека. В тот день он повзрослеет
Не стоит верить улыбкам.
Никто не собирается спорить с Стрикеном. Объяснить ребенку что-то очень тяжело, особенно, когда он верит в обратное.