С потолка пещеры посыпалась земляная пыль, будто кто-то тяжелый и неуклюжий ходил сверху. Я ожидала, что попаду в кромешную тьму, и думала, сумею ли без света отыскать статуэтку. Однако, вот странно, лишь оказавшись под землей, я поняла, что вполне отчетливо различаю стены пещеры и уходящий в неизвестность длинный коридор. Как будто каким-то чудом я обрела возможность видеть в темноте.
Я пошла вперед, стараясь ступать бесшумно. Существо предупредило меня о стражниках, и мне очень не хотелось их потревожить.
Коридор скоро закончился, и я оказалась в просторной подземной комнате. Посреди нее возвышался огромный обеденный стол на резных ножках. Большие и маленькие тарелки с яствами плотно покрывали его. Удивительно, как он еще не обрушился под их тяжестью. Стульев не было. Похоже, обедали здесь исключительно стоя. А может, те, кто ел за этим столом, попросту не умели сидеть.
С потолка пещеры свисала на толстой цепи вычурная старинная люстра, из тех, что вместо лампочек усеяны свечами. Бледные огоньки пламени вырывали из мрака лишь центр комнаты, стены оставались в тени.
Я не стала выходить вперед, в круг неверного колеблющегося света. Не хотелось выставлять себя напоказ. Кто знает, как скоро вернутся хозяева. Я пошла вдоль стены.
Из столовой (как я мысленно окрестила эту комнату) узким проемом чернел выход. Я осторожно заглянула туда, и сердце мое забилось чаще. Передо мной была еще одна огромная пустая комната, единственным украшением которой был изысканный столик на кованых ножках. На нем под светом нескольких десятков свечей блестел, отражая в себе языки пламени, небольшой предмет странной формы. Он напоминал то животное, то человека, то птицу, а может, всех сразу. Его облик ускользал. Единственное, что оставалось неизменным, были глаза, черные и бездонные. Казалось, они высасывали жизненную силу.
Я подошла к столику и осторожно взяла в руки предмет, из-за которого и начались мои злоключения. Хотелось поскорее со всем этим покончить и проснуться у себя дома, в безопасности. И навсегда забыть этот кошмар.
От статуэтки исходил пронизывающий холод, такой сильный, что пальцам стало больно. Черные глаза - два бездонных колодца - сводили с ума. Я отвернулась. Смотреть мне вовсе не обязательно. Пусть хозяйка домика смотрит, если захочет.
Неожиданно позади меня возникло и тут же замерло какое-то движение. Я ясно чувствовала, что кто-то стоит у выхода и в упор глядит на меня. Холодок пробежал по спине. Сдерживая рвущийся на волю страх, я обернулась.
Выход из комнаты загораживал темный силуэт. Он умело прятался в тени, так что толком рассмотреть его не удавалось. Единственное, что сразу можно было сказать, - это не человек. Слишком тонкие и длинные руки с паучьими пальцами, слишком вытянутая и приплюснутая голова, слишком большие ступни...
Силуэт не шевелился. Казалось, он даже не смотрел на меня. Или только делал вид, что не смотрел.
Один из стражников. Вот только где остальные? Я ожидала, что их здесь несколько. Или где один, там и другие?
Я стояла молча, боясь пошевелиться, с силой сжимая в руке статуэтку. Странная вещица нагрелась и словно ожила, казалось, я начала чувствовать биение ее сердца. Может, это была только иллюзия, но прикосновение к статуэтке стало меня тяготить. Однако ни выпустить из рук, ни положить ее в карман я не решалась. Стражник был здесь. Он смотрел.
Хозяйка домика говорила, они не могут меня почуять. А еще она утверждала, что у них хороший слух и с наступлением темноты начинается время охоты. Похоже, солнце уже село или вот-вот сядет, раз один из них очнулся от дремы.
Я понимала, что мое время на исходе. Нужно во что бы то ни стало выбираться отсюда, иначе я кончу, как хозяйка, если не хуже.
Осторожно, стараясь не делать резких движений, я вышла из круга света.
Странное существо у выхода продолжало стоять неподвижно. Непонятно было, наблюдает оно за мной или нет. На всякий случай я решила исходить из предположения, что наблюдает.
Мне нужно было пройти мимо него. Другого выхода не было. И я пошла.
Тишина душила мои боязливые шаги. Стражник оставался безучастным. Я подошла к нему почти вплотную и с интересом, перемешанным со страхом, попыталась разглядеть его лицо.
Лучше бы я этого не делала! Лица у твари не было вовсе. То место, где оно должно было находиться, занимала страшная воронкообразная пасть, усеянная несколькими рядами острых зубов. Внутри этой жуткой дыры влажно поблескивал большой фиолетовый, словно раздутый мертвый червь, язык. Или то, что заменяло у этой твари язык.
Я прижала ладонь ко рту, чтобы ненароком не выпустить рвущийся на волю крик. Нельзя шуметь. Звук здесь равнялся смертному приговору, а я все еще надеялась выбраться.
Медленно, спиной вжимаясь в стену и ни на миг не выпуская из виду стражника, я начала пробираться к дверному проему. Когда я поравнялась с тварью, та резко вздрогнула, напряглась, словно готовясь к броску, и снова замерла. Голова начала медленно поворачиваться из стороны в сторону, словно стражник пытался кого-то найти, рассмотреть в этой комнате.
