Бог с ним. Скорее всего, он или она придет попозже, и тогда нас познакомят. А пока все готовились к приходу Афины, которая должна была появиться с минуты на минуту. В воздухе застыло напряжение.
Я включила компьютер. По заверению Орион, все было готово к работе. Пока он включался, я заглянула в лоток для бумаг. Там лежала куча причудливо выглядящих пресс-релизов, рекламирующих всякую всячину – от туши для ресниц с эффектом размазывания до крема для рук с улиточной слизью.
Плечи уныло поникли.
Орион ободряюще улыбнулась из своего угла, и я с трудом изобразила ответную улыбку. На другом конце офиса, глядя поверх экранов, перешептывались новые коллеги.
Внезапно все стихло. Двери распахнулись, и в помещение ворвалась Афина с парой флуоресцентных папок под мышкой.
– Общее собрание! – рявкнула она, ни на кого не глядя. – Все в мой кабинет.
Несколько коллег украдкой закатили глаза. Я взяла блокнот и ручку и последовала за другими.
Кабинет Афины напоминал штурвал футуристического космического корабля. Белоснежный ковер, треугольный стол для совещаний, струящиеся темные жалюзи на окнах. Даже два комнатных растения у дверей – и те стояли в угловатых горшках.
Я села рядом с Орион и бросила на нее настороженный взгляд. Очень хотелось узнать, придет ли сегодня другой новичок – тот, кого взяли на должность журналиста-аналитика. Да и судьба предыдущего бьюти-редактора не давала покоя…
Афина заняла место у штурвала в кресле с высокой спинкой и, подавшись вперед, открыла одну из папок.
– Полагаю, Леони, вы уже со всеми познакомились?
– Да, Афина, спасибо. Только я еще не видела…
– Урсула, – оборвал меня энергичный окрик Афины, – как обстоят дела со стеклянными стрингами?
Мама дорогая! Она что, серьезно?
Афина тем временем переключилась на Дайсона.
– Что у нас с интервью, которое мы надеялись взять у Джеймса Макавоя?
Мисс Мэйхью переходила от одного вопроса к другому с пугающей скоростью, как будто строчила из пулемета. Либо ответы ее удовлетворяли, либо она поджимала губы и выдавала дальнейшие указания.
Наконец подошла очередь Орион.
– Сегодня приступает к работе наш новый журналист-аналитик. Приготовь для нее все необходимое.
– Обязательно, Афина.
Я постаралась отогнать непрошеное чувство обиды. Значит, кандидат-везунчик тоже начинает сегодня. Кто она? Где работала прежде? Как бы то ни было, Афина считала ее более подходящей для этой работы. Ужасно обидно, но что поделаешь? По крайней мере, у меня есть работа, пусть и не та, о которой я мечтала…
– Леони, ты слушаешь?
Черт! Я подскочила, больно ударившись коленями о крышку стеклянного стола.
Афина обращалась ко мне. Я поспешно схватила блокнот:
– Да, конечно.
Она грозно нахмурилась. «Молодец, – пронеслось в голове. – Не пробыла здесь и пяти минут, а уже изловчилась вызвать недовольство начальницы».
Я рискнула поднять глаза и тут же пожалела. Трикси с наращенными золотыми косами, накачанный Коул, Урсула с ничего не выражающим лицом и Дайсон, который закончил осматривать свой маникюр и окинул меня холодным взглядом. Они походили на школьников, которые поймали редкое насекомое и теперь его разглядывают. Догадываетесь, кто был насекомым?
– Так вот, я говорила о том, – подчеркнуто сказала Афина, – что, раз у нас появился бьюти-редактор в лице Леони, мы можем вернуться к первоначальному плану. – Она сделала многозначительную паузу. Собравшиеся встрепенулись. – Итак, Леони, твоя первая задача – подготовить самый броский материал о красоте, который когда-либо печатался в «Богине».
У меня отвисла челюсть.
– Мы уже подписали контракт с тремя ведущими супермоделями: Эстер Дрю, Данте и Кариной Салазар, которые согласились сняться для нашего рождественского номера. Они представят новейшую косметику «Аванти». Идеи твоего предшественника относительно места и темы съемок никуда не годились. Какие будут предложения, Леони?
Сердце бешено застучало, дыхание участилось. Я пыталась не захлебнуться в накатившей волне паники. Перед глазами замелькали образы трех знаменитых моделей. Ознакомительный период для меня, похоже, не предусмотрен. Придется прыгать с места в карьер.
Я пару раз открывала рот, но он тут же захлопывался. Коллеги буравили меня взглядами. Вот же угораздило! Первый рабочий день – а я произвожу впечатление выброшенной на берег трески. Надо срочно что-то придумать!
– Вы хотите услышать мои предложения прямо сейчас? – охрипшим голосом спросила я.
Афина чуть приподняла бровь, давая понять, что именно этого и ждет.
Во рту пересохло. Неужели она всерьез предполагает, что я ни с того ни с сего выдам кучу потрясных идей? Я чуть было не сказала это вслух, но вовремя сдержалась.
Нравилось мне это или нет, надо было как-то выкручиваться. Не тонуть же! Мозг лихорадочно работал, пытаясь выдать что-нибудь умное. Рот скривился в подобие улыбки.
– Все зависит от бренда.
– «Аванти», – повторила Афина, не скрывая раздражения. – Смелая, дерзкая косметика. Одежда вторична, хотя мне представляются тонкие полупрозрачные туники и рубашки. Фокус на макияж. – Она смерила меня жалостливым взглядом. – Надеюсь, ты о них слышала?
