Вряд ли он кончал, основанный в 1818 году Институт гражданских инженеров, это точно отразилось бы в его послужном списке. Вот, например, один из основателей «Новороссийского общества» Джозеф Уитворт, прибавлял к своему Ф.И.О «гражданский инженер» словно наследственный титул. Таковы были правила игры. Мы может с уверенностью говорить, что Юз был отменным кузнецом, прокатчиком – об этом говорят многие факты из его «российской» уже биографии. Из этого можно выводить, что наш валлиец, конечно, был специалистом в обработке металлов, инженером-самоучкой, талантливым рационализатором производства.
Обычно, когда говорят о Юзе, припоминают так называемый «стрингер Юза», лафет для тяжелых орудий, им спроектированный. Это обстоятельство, конечно, вдохновляет донецких «юзофилов», но вряд ли может много о нем рассказать. Изобретателей в тогдашней Англии было пруд пруди. Тот же Уитворт за свою долгую жизнь предложил больше десятка только фундаментальных изобретений, не говоря уже о мелочах вроде усовершенствования боеприпасов и стрелкового оружия.
Послужной список Юза как бы хорош, но тоже не особенно впечатляет. Тем более что подробностей о нем крайне мало. Но вот, что можно сказать почти наверняка, опираясь на косвенные факты из жизни основателя ДМЗ им. Ленина в частности, и города Донецка в целом. Бросив взгляд на карту юго-восточного Уэльса, мы обнаружим, что родной Юзу Мертир Тидвил расположен рядом с городом со странным для нашего глаза названием, которое во избежание ошибки мы даем в том виде, как оно изображено на современной британской карте – Ebbw Vale. Известно, что именно там в 19 веке располагался офис компании «Ebbw Vale Iron Work» (позднее – «Ebbw Vale Steel Work»), гордившейся славой крупнейшей сталелитейной компании Европы вплоть до 40 годов века двадцатого. В наши дни от былой славы остался дым да упоминание о том, что в 1857 году именно здесь был прокатан первый в мире стальной рельс. Сегодня в Ebbw Vale проводят ежегодный Национальный садовый фестиваль, и вряд ли кто-то из тридцати трех тысяч местных жителей догадывается, что в недрах некогда мощного индустриального монстра начинал строить свою карьеру Джон Юз (после того, как набрался опыта рядом с отцом на родном мертиртидфильском «Cyfarthfa Ironworks»).
Cyfarthfa Ironworks – предприятие, где работали отец и сын Юзы. Картина Пенри Вильямса (1825), http://www.gtj.org.uk
Самый лакомый кусочек этой компании – оснащенный новейшими технологиями сталелитейный завод находился тоже неподалеку – в Pontypool. Мог работать Юз на нем? Почему и нет, тем более что там он мог освоить прокат стальных рельсов. Его прежние работодатели («Cyfarthfa Ironworks») отказались катать рельсы из стали, и проиграли. Думается, что компания «Ebbw Vale Iron Work» стала для вчерашнего кузнеца тем базовым предприятием, в цехах которого он состоялся как инженер. Простейший расчет показывает, что лет15—20 должен был Юз отдать этому производству.
Основательный валлиец освоил профессию прокатчика, изучил многие сопутствующие ремесла, набрал весу и авторитету в мире промышленников и инженеров и лишь к пятидесяти годам перебрался в Лондон, на Миллволский завод. Какие мотивы двигали им. Хорошо бы сам Юз рассказал нам об этом, но, кажется, воспоминаний он не оставил. Но догадаться, кажется, нетрудно. Годы идут, шестой десяток разменял, а у него семья, и немалая. Надежного капитала не собрал, должность в концерне «Ebbw Vale Iron Work» была вряд ли сколько-нибудь выдающаяся, скорее всего – что-то вроде заведующего прокатным производством одного из заводов. Лондонцы же, приглашая его, получали опытнейшего специалиста как раз в том производстве, которое становилось важнейшим в эпоху железнодорожного бума.
Судя по всему, Юз был известен им как инженер, могущий наладить выпуск и рельсов, и толстой листовой стали для брони дредноутов. Сразу ли, нет ли, но в Миллволе валлийца вводят в состав членов правления. То есть, по современной управленческой терминологии он становится CEO – одним из исполнительных директоров. А это уже уровень, это другой оклада, это, возможно, доля в акциях. Это, в конце концов, знакомства с влиятельными промышленниками и крупнейшими фигурами в инженерном сообществе.
Скорее всего, так и прожил бы свою жизнь потомок некогда воинственных кельтов в относительном достатке и уважении, но судьба распорядилась иначе. Судьба и характер. Потому как, знавшие его люди отмечали две заметные черты в норове Юза – честолюбие и… романтизм. На них то и сыграли агенты русского правительства, подыскивавшие подходящую кандидатуру на роль организатора большого рельсового производства на Юге России.
Да и вообще, за спиной у исполнительного директора (не владельца!) Новороссийского общества (НРО) Юза стояло столько могущественных и влиятельных, талантливых людей, что говорить о нем, как о единственном основателе города, как минимум, некорректно.
