Вокруг Константина еще в середине 50-х годов сложился круг либерально настроенных государственных деятелей и крупных заводчиков. Великий князь Константин был одним из главных идеологов, а затем и менеджеров в деле упразднения крепостного права в России. В качестве высочайшего шефа флота, он посещал Великобританию, где изучал строительство военно-морских сил недавнего врага. Во время этого визита Константин обзавелся обширными связями и знакомствами в бизнес-кругах Острова. Запад, безусловным лидером которого в то время была Британская империя, составил о брате Императора Всероссийского довольно благосклонное мнение, что сыграло свою роль в развитии дальнейших отношений между Сент-Джеймским и Зимним дворцами, а также в событиях, которые нас интересуют.
С началом Больших реформ Александра II Освободителя, русское правительство предприняло целый ряд шагов, направленных на вывод страны из международной изоляции, последовавшей за поражением в Крымской войне. Справедливо полагая, что краеугольным камнем политических игр является большая экономика, в 1861 году правительство Его Императорского Величества подписало сразу несколько специальных конвенция – с Французской, Британской и Австрийской (через семь лет она станет Австро-Венгерской) империями, королевствами Бельгия и Италия. Конвенции оговаривали право иностранных компаний «пользоваться в России всеми их правами, сообразуясь с законами Империи». Понятно, что Австрия, Бельгия и Италия попали в «клуб приглашенных варягов» из дипломатической вежливости. Основное внимание было обращено на британцев и французов, а чуть позже, и германцев. Оставалось только найти «слабое звено» в цепи коллективной европейской экономической политики. Вряд ли кто-то сомневался, что это будет империя королевы Виктории. А тут еще и грандиозный экономический кризис подоспел на подмогу.
Он разразился в 1857 году, и ударил по национальным экономикам Британии, Франции, Германии, Австрии, Швеции, Нидерландов. Но ударил с разной силой. Известнейший экономический журналист 19 века Макс Вирт в книге «Торговые мировые кризисы», особо подчеркивал, что, несмотря на колоссальные для Франции потери в Крымской войне (около 100 тыс. человек) и ущерба в миллиард франков, империя Наполеона III в целом пострадала от кризиса 1857 года куда меньше империи королевы Виктории. И все из-за финансовых махинаций, которые за 20 лет четырежды приводили английскую промышленность в состояние полного ступора (1836, 1839, 1847 и 1857 годы). Но кризис 57-го года нанес существенный ущерб именно железоделательной индустрии. Как в наши дни, во всем виноваты были ничем не ограниченные кредиты и безумный рост акционерных обществ.
Британский закон 1844 года, ограничивающий размер уставного капитала и акционеров акционерных обществ, не принес успокоения бизнесу империи. Как засвидетельствовал тот же Макс Вирт, по улицам английских городов ходило одних только банковских клерков 15 000 тысяч в поисках работы. Сокращение штатов прошлось ураганом по всем металлургическим предприятиям. Скорее всего, именно этот кризис вынудил менять место работы и Джона Юза, который в 1860 году нашел себе прибежище на металлопрокатном заводе в Миллволле, Лондон. И это неспроста, потому что прокатчики, имея худо-бедно постоянные заказы на рельсы, могли держаться на плаву. Правда, затем, в 1863 году кризис добрался и до них, но уже в меньшей степени.
Прокатчиков действительно выручал и обогащал железнодорожный бум. Он прокатился по Британским островам в 40—50 годах, затем перекинулся на континент. Естественно, Франция, Германий, Австрия и даже Соединенные Штаты и Аргентина пользовались услугами английских инженеров: локомотивщиков, путейцев, мостостроителей. Но американцы со свойственным им прагматизмом в считанные годы вырастили целую плеяду своих специалистов, а в Старом Свете масштабы для британцев были уже не те, да и рабочая сила стоила дорого. Естественный ход вещей толкал британский бизнес в объятия Российской империи. Однако, для того, чтобы конкурировать с местными предпринимателями, подданным королевы Виктории надо было заручиться поддержкой элиты империи, желательно на самом верху. Но как это сделать? Ведь, не говоря уже о раздутом до небывалых размеров самолюбии сынов Альбиона, серьезной преградой виделась недавняя распря на военном уровне.
