Людмила Ивановна – мама Игоря, очень спокойная, интеллигентная дама на несколько лет моложе мужа, пережила некогда страстное увлечение Виктором и вошла в то ровное с ним отношение, какое наблюдается у порядочных супругов, переросшее в крепкую дружбу от совместной обеспеченной жизни. Сын был тем великолепным звеном семейной прочности, каким явились первые чувства любви к Виктору Васильевичу, с чего и возникли их сердечные отношения. Безоглядная любовь к Игорю усиливалась с его взрослением и стала смыслом её жизни. Выйдя из декретного отпуска, устроилась на работу экономистом в этом же районе с тем, чтобы сначала водить сына в детский сад, затем в школу. Ей предлагали карьерный рост в другом районе, но она отказывалась. И только тогда согласилась, когда Игорь стал старшеклассником. В последние годы никогда не приезжала на обед: слишком далеко от дома, передвигалась, в отличие от мужа, на автобусе. После работы он часто за ней приезжал, но с возвращением сына мама птицей летела домой, заказав такси на двоих с коллегой, тоже живущей в их микрорайоне. Выходило накладно, но она не могла иначе, муж же часто задерживался по службе и поездка могла затянуться, кроме того в пробочной городской ситуации застрять не мудрено. Спасибо мужу, что он выкраивал время во время обеда и мог приезжать за Игорем в сквер, откликнувшись на просьбу сына находиться в погожие дни до часу дня в беседке. Это было неудобно и хлопотно, но ради исполнения желания Игоря родители готовы на всё. Людмила Ивановна видела, что Игорь нервничает, настаивает на том, чтобы его возили в сквер. Мог бы и сам добраться, но не хотел, чтобы коляска мозолила глаза прохожим, бросающим сочувственные взгляды и роняя вздохи. Самому же прятать коляску за деревья не получится.
Нет, это не эгоистические требования, а жажда свободы, если хотите, того мира, в котором он находился до своей трагедии. Сергей, его школьный товарищ, теперь студент третьего курса, не оказался на войне лишь потому, что рождён осенью и успел до призыва в войска поступить в институт. Игорь майский. Насколько же причудливы и капризны обстоятельства, влияющие на судьбу человека! Упрекнув однажды Игоря в своём необдуманном поступке – подписании контракта – семени будущего горя, он упрекнул и её, свою маму, родившую его в мае, а не осенью, как Сергея. И она, едва не потерявшая дар речи от такого вердикта сына, больше не смела заикаться на эту болезненную тему. Из-за любви к сыну она всё же согласилась с неизбежность его выбора – контракта, умом понимая поступок, но сердце смириться не могло. Папа, присутствующий при разговоре, молчавший, не принимая ничью сторону, схватился за голову и ушёл на кухню, где нарезался до чёртиков, чего за ним никогда не водилось. Мама же рыдала, а Игорь надулся как индюк, готовый тоже дернуть стакан водки, но поборол эту слабость, следуя настоятельному совету хирурга: не заливать горе алкоголем ни при каких стрессах.
Игорь никому не признается, что настоял на сквере больше потому, что верил в возвращение своей первой любви, порой усмехаясь своему заношенному чувству, как к старой футболке, которую жаль выбрасывать. Точнее, желал увидеть ту девчонку из их двора, появившуюся здесь в его последнюю школьную весну. На что он надеялся? Да просто хотел увидеть Таню взрослой девушкой, и уж, конечно, дико похорошевшей! Тогда ей стукнуло пятнадцать. Семья поселилась в доме где-то в апреле, и Таня с хрупкой, но уже сформировавшейся фигурой пленила его воображение. Он почему-то был уверен, что она вырастет для него, а не так, как в казачьей песне: «не для него». Её фото в телефоне Игорь возил всюду, но показывал только своему другу по отделению Кольке, взяв с него клятву молчать. Тот обещал держать язык за зубами, удивлялся стойкой памяти приятеля и тоже верил, что придёт время, Игорь поедет в отпуск, познакомится с подросшей девушкой, у них наладится переписка, она влюбится в молодого и бравого десантника, а затем произойдёт то, что будет угодно их душам и сердцам. Игорь побывал в отпуске сразу же после дембеля и подписания контракта. Таня уехала с матерью куда-то на юг, к родственникам покойного мужа и отца, и десантник во всей своей красе, с аксельбантами, жгучими агатовыми глазами, выправкой рослого широкоплечего парня оказался не солоно хлебавшим, хотя на него тут же запали две старшеклассницы из их же школы. Однако Игорь, как в стихах Бокова про моряка: «Ни в одну девчонку не влюбился он!»
