– В вашем положении…
Она замолчала, глядя Александре прямо в глаза. Подождав, когда лицо фрейлины покроется багровым румянцем, продолжила:
– В вашем положении следует больше ценить благосклонность своей императрицы. Поверьте: лучше выйти замуж за нелюбимого, чем остаться старой девой с внебрачным ребенком. Я позабочусь, чтобы вы были счастливы…
Судьба донны Соль была решена. 11-го января 1832 года состоялась её свадьба с богатым дипломатом Николаем Михайловичем Смирновым.
Выходившим замуж фрейлинам обычно назначалось солидное выходное пособие. По воле царя, для Александры Осиповны Россет денежное пособие было увеличено вдвое. Ей был оставлен на память фрейлинский шифр, хотя с этого момента формально на службе она уже не считалась. На свадьбу император Николай I подарил ей золотую табакерку, усыпанную крупными изумрудами и бриллиантами…
Помолвка Александры Осиповны и Николая Михайловича Смирнова состоялась в Царском Селе, а 11 января 1832 года в Зимнем дворце была отпразднована, как сама она назвала, «грустная свадьба».
«Я согласилась с тем, чтобы Смирнов спросил просто “Oui” ou “Non” («да» или «нет»), вертелось на языке “Non”, а сказала “Oui” и даже не дала руки…», – так пишет она в своих «Воспоминаниях». Впоследствии Россет говорила, что любила мужа не более чем дружески. Дословно она пишет: «У меня не было ни одного года покоя и счастья с этим человеком. Сердце у него было доброе, но он был беспринципен и взбалмошен».
Николай Михайлович Смирнов (1808–1870) был человеком неглупым, но неярким. Имел состояние, служил по дипломатической части и впоследствии сделал карьеру, став сначала калужским, а потом (в 1850-е годы) и петербургским губернатором и сенатором. Внешней привлекательностью Смирнов не отличался: из-за болезни глаз, постоянно красных, старые друзья Александры Осиповны с легкой подачи Пушкина прозвали его «кроликом».
Муж донны Соль обожал карточную игру. Имея характер вспыльчивый, часто устраивал истерики и скандалы по любому, самому пустячному поводу. Александре Осиповне, при всей её тактичности и светскости, нелегко было ладить с супругом. Иногда она давала волю своей природной язвительности и писала Пушкину:
Заметим, ещё совсем недавно она мечтала выйти за генерал-адъютанта Перовского, у которого было втрое меньше – две тысячи душ, и добавим, что у родителей Пушкина было тоже две тысячи, и они никогда не считались бедными.
Пушкин заехал перед свадьбой её поздравить. Между ними состоялся диалог, может быть, определивший всю её дальнейшую жизнь. Цитирую по «Воспоминаниям» самой Россет.
«Пушкин сказал:
– Но я рассчитываю, что буду приглашён на свадьбу в качестве поверенного Смирнова и друга его невесты.
Я отвечала, что он рождён приглашённым. После этого он мне сказал:
– Я одобряю ваше решение и пророчу вам, что муж ваш уподобится генералу Татьяны, он будет очень вами гордиться.
Я возразила:
– С некоторой разницей, однако, так как Татьяна не любила своего генерала, она любила Онегина, который пренебрег ею.
Пушкин рассмеялся и отвечал:
– Это исторически верно, но теперь я должен вам признаться: когда Смирнов приехал из Лондона, я говорил ему о вас и сказал, что он найдет в Петербурге южные очи, каких он не видал в Италии.
Я прервала Пушкина, сказав ему:
– С каких это пор вы говорите мне комплименты, что это за новая фантазия?
Он отвечал:
– Это не комплимент, это истина, и я её уже высказал в стихах. Но слушайте до конца. По моему мнению, вы – Татьяна.
Я спросила, в чём я похожа на Татьяну? Он продолжал свою речь: