Что тогда получится? Мы должны отдать дань глубокого уважения Донскому Атаману за его труд и энергию. Я был на Дону и вынес убеждение, что Дон своим настоящим положением обязан всецело ему. Назовите мне лицо, которое его заменит. Мне более страшен уход Атамана, а не брожение казаков. Это пропаганда – она сделана не казаками и не офицерами. Надо их убедить. Если Вы этого пожелаете. Вы этого достигнете. Откладывать объединение нельзя. Нельзя допустить, чтобы весь Дон был против этого. Частности не есть доказательство, Добровольческая и Донская армии – русские армии, их можно создать при едином командовании.
Что мы видим в Сибири? Там был большевизм, а потом разрозненная деятельность и только единая воля адмирала Колчака, привела Сибирь к ее настоящему положению. Так должно быть и здесь. Если люди этому мешают – надо их преследовать. Главнокомандующий говорил искренно. При энергии генерала Краснова он все победит. Помощь союзников за нами. Затягивая соглашение, мы рискуем ею.
Ген. Краснов. – Здесь недоразумение. Я, Донское правительство за единое командование, войско также не против него. Но надо к вопросу его осуществления подходить осторожнее, чем это здесь предлагается. Надо сочетать события по времени. Пришлите хоть одну роту французов. Я не оптимист. Можно пережить еще многое – помощь медлит. Пусть придут – тогда будет отдан и приказ.
Мы к автономии не стремились. Мы сейчас самостоятельны потому, что раньше мы были одиноки. Дон вкусил благо свободы и казак не поймет теперь, почему его подчиняют единому командованию. Единое командование необходимо. Давайте создадим его секретным обязательством. Гласное признание только послужит средством широкой пропаганды против идеи единой России. Парамонов уже развалил Дон и Войсковое Правительство. Дону нужна моральная помощь, а между тем факт назначения единого командования истолкуется газетами, как учреждение военной диктатуры. Приказ нужно зафиксировать секретным образом, подобно тому, как это было в Румынии. Дону для себя помощи не нужно. Мы стучимся в открытые двери: подпишем секретное обязательство и приказ, которые я не опубликую.
Ген. Деникин. – Вы говорите, что корпуса Вы создавали для движения вперед. Движение на Москву должно быть планомерным. Мы должны занимать города гарнизонами. Как Дон сможет это выполнить?
Ген. Драгомиров. – Я одного не могу понять – ведь казаки народ разумный. В едином командовании, кроме пользы, нет ничего и казаки это поймут. Поход Дона на Москву – это звучит гордо, но ведь это же на два, три перехода.
На Кубани казаки стоят за регулярное командование и при формировании своей армии задерживают русских офицеров.
Ген. Краснов. – Вы говорите, что казаки народ разумный. Они понимают, что есть Кубанская и Донская армии. Пришлите отряд под Царицын – казаки поймут и в настоящее время единство командования. Я отлично представляю себе его выгоды, но по казачьим настроениям, я не властен всюду преследовать только пользу дела. Так, например, на Царицынском фронте командует генерал Мамантов – в военном отношении посредственный человек. Начальник штаба у него генерал Келчевский – несомненно талантливый человек. Во имя пользы дела хотелось бы, чтобы Келчевский заменил на посту Мамантова, но этой замены не поддержат казаки 2-го Донского округа, где Мамантов пользуется особенной популярностью, хотя он и непригодный казак. Уйдет Мамантов, – уйдут и все казаки 2-го Донского округа.
Ген. Деникин. – У себя в армии мы не наблюдали особой остроты в этом вопросе. У нас есть третий корпус – чисто казачий: там на всех командных должностях – одни казаки. Есть и смешанные отряды. Кубанцы не могут претендовать на крупные штабы, так как у них нет офицеров генерального штаба. Из пяти корпусов тремя командуют неказаки, двумя казаки. Теперь на очереди стоит выделение особой Кубанской армии и кубанцы с удовольствием оставили у себя многих неказаков, например, барона Врангеля. В Кубанской армии, понятно, командующий или Походный Атаман будет казак.
Ген. Драгомиров. – Речь идет об едином русском командовании, а не о подчинении Добровольческой армии. Она выделяется.
Ген. Краснов. – Казаки в этом не разберутся. Партии используют. Парамонов получит лишний козырь агитации.
Ген. Щербачев. – Кто такой Парамонов?
Ген. Краснов. – Ваше Превосходительство, Антон Иванович. Акту объединения командования должно предшествовать появление Добровольческих частей на Донском фронте.
Ген. Романовский. – У нас уже стоят части на Донском фронте.
Ген. Денисов. – В тылу у нас стоят, а не на фронте.
Ген. Романовский. – Это можно оспаривать. Что Вы называете фронтом и тылом. Вы не признаете до сих пор единства фронта, а мы притягиваем противника на себя. Мы могли бы уйти…
Ген. Поляков. – Это увеличило бы наш фронт на одну армию. Мы теперь сдерживаем пять, имея фронт свыше 1 000 верст.
Ген. Краснов. – Заключим секретное соглашение. А то 1-го февраля соберется Круг и спросит на каких основаниях?
Ген. Романовский. – Но если и не будет объявлено, то Круг все равно спросит. Из этого секрета не сделаешь.
