Утром к каравану почтенного Бариана присоединился еще один путник. Облаченный в легкие светлые одежды кочевого народа, он правил хорошо обученным верблюдом, запряженным в легкую двухколесную крытую кибитку. Привел кочевника по имени Тор хозяин небольшой гостиницы, старый приятель Бариана, с которым они не раз вместе выпивали, вспоминая дни молодости. По той же причине денег с путника Бариан не взял, чтобы не обижать своего друга, и даже пообещал присмотреть за Тором и помочь в случае необходимости.
Когда караван выезжал из города, в воротах стоял и внимательно разглядывал путников неместный человек, что накануне весь день крутился по городу, разыскивая какого-то сбежавшего преступника, только Бариану до него не было никакого дела. Чужаки пусть сами между собой разбираются.
========== Глава 7 ==========
Караван неспешно двигался вперед, оставляя за спиной тихий уютный город, а золотистый рассвет, медленно озаряющий небо, обещал хороший безветренный день.
Править верблюдом оказалось не так просто, как лошадью, хотя принцип был схожий. У двугорбого зверя не было уздечки, удила крепились к кольцу, вдетому в нос, потому как губы у верблюда жесткие и надевать привычную лошади упряжь – все равно что пытаться решетом воду носить. Поначалу, когда маг только сел в некое подобие седла, закрепленного между горбами, ему было даже удобно. В отличие от коня тут можно было откинуться назад, поэтому сидеть было очень комфортно, пока зверь не начал двигаться своей плавно раскачивающейся походкой. Так что уже через полчаса Торренса начало укачивать, а к полудню, когда караван устроился на дневной привал, пережидая жару, мага мутило так, что даже вода во рту вызывала желание исторгнуть не только ее, но и все внутренности вообще.
Уложив верблюда, Торренс кое-как сполз с него, не обращая внимания на насмешливые взгляды караванщиков, и, пошатываясь, побрел к кибитке. Изумруд, в отличие от хозяина, чувствовал себя неплохо. Он лежал между бурдюками с водой и мешками с разными необходимыми в дороге мелочами и с интересом выглядывал в приоткрытое полотно кибитки.
- Хорошо тебе? Не хочешь местами поменяться? - Изумруд оскалился, весело поблескивая глазами. – Понятно, не хочешь. Тогда я, пожалуй, прогуляюсь пешочком, а эту заразу возьму за повод.
Верблюд оглянулся на хозяина и вскинул верхнюю губу, явно насмехаясь над всадником.
- Вот противная скотина, - вздохнул Торренс, наполняя осушенную за дорогу флягу прохладной водой.
Им предстояло провести с караваном около двух недель, после чего незаметно уйти, чтобы держать путь дальше на юг, благо карта с указанием водных источников была, хоть и не полная. Близко к скале, на которой находился Звездный храм, никто из кочевников не приближался, так что об источниках возле нее никто рассказать не мог, но Торренс надеялся на собственные силы, не зря же ему были подвластны все четыре стихии.
Караван пробыл на отдыхе три часа. Все это время Торренс дремал в тени кибитки, поэтому, когда был дан сигнал выступать, был вполне готов идти дальше. Подняв верблюда, маг проверил крепления упряжи к оглоблям, после чего подхватил длинный повод и пристроился на свое место в караване.
Идти по твердокаменной земле было тяжелее, чем передвигаться по утоптанной лесной дороге, но тут выбирать особо не приходилось: коврами ему путь никто выстилать не спешил. К вечеру ноги гудели, но Торренс, стиснув зубы, упорно шел вперед. Когда же караван добрался до небольшого оазиса и Бариан дал сигнал к остановке на ночь, маг буквально рухнул рядом со своей кибиткой, не имея сил заниматься обустройством лагеря. К счастью, от него этого никто не потребовал. Набравшись сил, он просто расседлал своего верблюда, отвел его внутрь заграждения для животных, наскоро собранного опытными караванщиками, и, вернувшись к кибитке, забрался в нее, чтобы тут же заснуть.
Изумруд некоторое время тихо лежал рядом, прислушиваясь к происходящему в лагере, а когда там все затихло, выбрался наружу. Оазис действительно был маленький, расположенный вокруг озерка с желтоватой водой, имеющей явный привкус железа, но пить эту воду можно было. В этом месте даже кое-какая живность водилась, и уже через полчаса кот вернулся к кибитке, неся в зубах небольшого зайца. Двух других он успел благополучно употребить в пищу перед возвращением.
Утром Торренс обнаружил возле себя подношение Изумруда.
- Ого, это я так спал, что даже не заметил твоего ухода? Плохо. Но еще хуже, что магическим кругом я не озаботился.
Повздыхав над своей рассеянностью, Торренс отнес зайца кашевару, готовившему еду для караванщиков, и договорился, что будет время от времени снабжать его мясом, а взамен получать пару мисок с кашей. На том и ударили по рукам.
