Мне хочется описать братьев Кисляновых, так как их старший брат Исаак и, в особенности его жена Лиза, сделали для нас очень много добра. Исаак и остальные его братья кроме Нуськи были очень крупными, спокойными мужчинами. Лиза тоже была крупной женщиной. В семье Исаака был настоящий матриархат. Всем заправляла Лиза. Она была очень волевой и работящей женщиной. Сама Лиза преклонялась перед деловыми людьми. В то время у них росла дочь Нюся лет десяти.
Второго брата, тоже огромного, звали Юкл. У Юкла была вторая жена Люба. У Любы была дочь от первого брака Рахиль. По словам Лизы, Люба была просто ангелом. И зачем ей такой неотесанный хамлыга, который не в состоянии прокормить семью? Она и добрая, и красивая, и еще кормит такую большую семью, так как работает в столовой. Что же касается детей Юкла, то у него от первого брака были дочь и сын. Оба ребенка были недоразвитыми. Сын жил с ними, а дочь находилась в какой-то психиатрической больнице и Люба ее часто навещала с подарками и лакомствами.
Третьего брата Кисляновых звали Левой. По словам той же Лизы, Лева был в семье наиболее культурный и образованный, но у него была тяжелая почечная болезнь. Жена Левы Клара была красивой, образованной женщиной и работала где-то бухгалтером. Клара была намного моложе Левы. У них был очень славный мальчик, в котором они души не чаяли.
Четвертого брата звали Нуська. Я уже о нем упоминала. Опять же, по словам Лизы, Нуська был настоящим коммерсантом, но по характеру — просто сумасшедший.
Никто из этих двоюродных братьев, даже на время, не мог нас приютить, так как все они жили в малюсеньких комнатушках.
У старших братьев, кроме Нуськи, был странный, на сегодняшний день, промысел. Лиза с иронией утверждала, что три брата, кроме Нуськи, мелкие коммерсанты. Они и считать то умеют только до десяти.
Эти три брата покупали на базаре у крестьян старые мешки. Дома их стирали, латали, а потом продавали на базаре и за этот счет плохо, но могли жить три семьи. Предложили и Аврумарну включиться в их коммерцию. Надо отдать должное этим братьям, несмотря на то, что Аврумарн мог составить им конкуренцию, они даже предложили ему деньги для закупки мешков на первых порах.
Но Аврумарн отказался — ему осточертела всякая торговля и такой заработок.
Я стала просить Аврумарна найти другое жилье. А это было очень сложно в городе, переполненном семьями, вырвавшимися из деревень и черты оседлости.
После долгих поисков, нашлась комната в поселке Рыжов, пригороде Харькова. Жить в этой квартире мне, жившей до этого в украинской глуши, было тяжело. Круглосуточно стоял грохот проезжавших железнодорожных составов. И, к тому же, в доме постоянно матерно ругался пьяница хозяин, которого я очень боялась. До этого я ничего подобного не слышала. Так как Рыжов был пригородом, то все продукты надо было привозить из Харькова. Аврумарн работал очень тяжело, а еще вечерние курсы после работы. Все это и сподвигло меня на непростительный поступок. И я его сделала. Несмотря на то, что Аврумарну очень хотелось учиться и он очень любил заниматься (первый раз, а потом оказалось и в последний, дорвался до настоящей учебы), я с плачем настояла на том, чтобы он бросил учебу. И он ее бросил. Этот поступок он мне не простил до конца жизни, да и я сама себе тоже.
Здесь я еще раз хочу отметить великодушие и доброту Лизы и Исаака Кисляновых. Однажды мы всей семьей пошли к ним в гости. Узнав о нашем бедственном положении они, не задумываясь, предложили мне и Фиме временно остановиться у них, с тем чтобы Аврумарн где-нибудь снял себе угол. Доброта их была удивительной, так как нормально уложить спать нас было негде. Их хозяин дал согласие, и они нас в их тесноте разместили на раскладушках, а сами Кисляновы и их дочь Нюся спали на тесно прижатых друг к другу кроватях. Так мы прожили у них некоторое время.
