Немного еще хочу дополнить рассказ о семье Лизы и Исаака. Лиза была прекрасной хозяйкой и хорошо готовила. Она пекла замечательные ароматные булочки. Их вкус я и сейчас помню
Поиск квартир в то время осуществлялся на бирже. Что собой представляла такая биржа? Это был какой-то свободный участок земли, чаще всего сквер, где собирались маклеры (люди у которых были адреса квартир и комнат, которые сдавались в аренду) и туда приходили после работы люди, нуждающиеся в жилье. За каждый адрес маклер брал деньги. Туда и ходил Аврумарн каждый день после работы. Зачастую маклер посылал по адресу сдаваемого жилья, предварительно взяв с Аврумарна рубль, а это были для него большие деньги, а жилье уже давно было сдано.
И все же, однажды нам повезло. Маклер, который когда-то предложил адрес угла, где жил Аврумарн, предложил ему адрес комнаты. Они договорились так, что если квартира не сдается, маклер возвратит ему деньги. Мы быстренько собрались и пошли смотреть эту квартиру в переулке Юного Ленинца, который раньше и теперь в простонародье назывался Павловским. Это было недалеко от центра города. Двор, в котором предлагалась наша квартира, был очень большим. С двух сторон двора стояли два добротных дома, причем один из них был под соломенной крышей. А в глубине двора стоял деревянный флигель с застекленными верандами, разделенный на четыре части. Одна из комнат с верандой была свободна и подлежала сдаче. Но когда начали договариваться, то возникла ссора между наследниками. Когда мы, так и не договорившись, вынуждены были уйти, то нам улыбнулась удача. В это время во дворе сидела женщина, которая как потом оказалось была старшей по возрасту наследницей. Звали ее Анной Никаноровной. Так вот, мы ей, очевидно, как потенциальные жильцы понравились. Она нам сказала, чтобы мы не отчаивались. Что эта комната принадлежит только одной наследнице и они в конце концов договорятся. Так оно и случилось. Вскоре мы поселились в этой комнате.
Эта комната досталась нам намного тяжелее, чем дом в Добровеличковке. Тогда, когда мы перебирали съемные квартиры и купили пол дома, то с позиции сегодняшнего дня мы просто бесились с жиру.
Хочу немного описать Харьков тех времен с добавлением более поздних сведений, которые я, естественно, тогда не могла знать.
Первый маршрут трамвая, которым я ездила, был — к Кисляновым. Из окна трамвая я видела огромную строительную площадку. Правительство решило построить в развивающемся, так называемом нагорном районе, величественную площадь. Площадь назвали Дзержинской. Знатоки утверждали, что по площади она вторая в Европе. По замыслу архитекторов по периметру площади должны были быть построены красивые высотные здания. Замыкало площадь грандиозное железобетонное здание дома Государственной промышленности (Госпром). Это здание строилось при мне на месте большого холма, который строители срыли. Но в то время на этом холме ютились жалкие лачуги цыган. Трамвайная линия проходила у подножия этого холма и я, проезжая к Кисляновым, из окна вагона завидовала жилью цыган.
Теперь у нас есть, хоть наемное, но отдельное жилье. Причем близко находится большой городской базар, который называется Конным. В прежние времена там очевидно торговали лошадьми. Близко проходила трамвайная линия, буквально рядом продовольственные и хлебные магазины, да и до центра города было недалеко. С соседями мы скоро подружились. Таким образом, у нас совершенно случайно оказалось удачное во всех отношениях жилье.
Не успели мы вселиться, как разгорелся еще один скандал между наследниками. И снова наш добрый ангел Анна Никаноровна нас успокаивала. И на этот раз все обошлось.
