Я была Королевой Света, но в этой ситуации оказалась совершенно бессильной, как и Люсифер, мой Властитель Тьмы. Наши дары никак не помогали нам, когда «Скарлетт» относило все ближе и ближе к огромной воронке. Рев гигантских масс воды становился все громче с каждой секундой. Теперь мы находились лишь в четырехстах футах от бездны.
Нам было суждено умереть.
Я понятия не имела, что это за дыра, но была почти совершенно уверена, что, рухнув в нее, мы не выживем. Что это, если не приговор судьбы? Стоило мне только один раз, один-единственный раз почувствовать себя в безопасности – и на нас тут же обрушилась очередная катастрофа.
Я должна была это предвидеть.
Я вцепилась в Люсифера, который тоже, словно оцепенев, смотрел на водоворот. Внутренности воронки были бескрайними и абсолютно черными, как будто дыра эта поглотила весь свет. Там царила тьма даже глубже и темнее той, которую мог бы вызвать сам Люсифер.
В отчаянии я смотрела на своих друзей. Астра с Ленноксом тоже прижались друг к другу – Леннокс взял Астру двумя руками за щеки и что-то ей втолковывал. Эш и Грейс цеплялись за мачту; Эш, плотно прижав художницу к дереву, прикрывал ее своим телом. Уилл, Кэл, Серафина и Морган обнялись; на их лицах были написаны ужас и трепет. Капитан, казалось, понял, что положение безвыходное, поэтому оторвался от штурвала и обнял свою сестру-близнеца.
Мы были примерно в двухстах футах от дыры, но водоворот усилился, и мы скользили к пропасти все быстрее и быстрее.
– Держитесь за мачты! – крикнул Эш сквозь оглушительный рев. Мы все так и сделали. Продвинув в середину более слабых из нас, мы крепко держались друг за друга. У Гордона на глазах заблестели слезы, когда он заговорил с нами в последний раз как капитан и как друг.
– Мне очень жаль, что я не смог спасти вас в этой ситуации! – кричал он так громко, что все могли его расслышать. – Моя обязанность как капитана заключалась в том, чтобы распознать опасность этой адской дыры – черт знает, что это за дыра такая!.. – и обогнуть ее. Я не смог этого сделать. Мне очень жаль. Но вы должны знать… – Его голос сорвался, и Серафина зарыдала. – Вы должны знать, что вы все для меня – одна настоящая большая семья.
– Ах, как душещипательно! – заявила на это Астра. – Впрочем, думаю, мы все можем лишь присоединиться к твоим словам.
Мы смеялись, плакали и цеплялись друг за друга, дрожа всем телом, когда «Скарлетт» опрокинулась в дыру, и нас окутала чернота.
Разрыв… Разрыв в пространстве и времени.
Рев воды внезапно прекратился, и теперь стало совершенно тихо – и абсолютно темно. Я не могла ни кричать, ни двигаться, ни дышать. Я ничего, совсем ничего не видела; кругом стояла всепоглощающая тьма. Мои солнечные глаза не сияли ни на дюйм, и купол огня погас; на палубе не горело ни единого языка пламени. Я даже не была уверена, что вообще все еще нахожусь на «Скарлетт». Я не чувствовала своего тела.
Время остановилось.
Возможно, я все еще стояла на досках палубы, а возможно, тоже плыла в этой черноте или даже падала камнем в глубину. Я ничего не чувствовала.
– Тара.
Это слово, это имя словно встряхнуло меня. Я знала этот голос. Глубокий, мужественный и хрипловатый голос. Он принадлежал Люсиферу.
А потом я начала дышать и чувствовать. Руки мои, ноги и волосы больно тянуло вверх. Было ужасное ощущение в области живота, будто все мои внутренние органы скоро вылетят наружу через горло. Я и вправду падала, но не плыла по воздуху. Под моими ступнями находилось что-то твердое, а что-то холодное обвивало мои лодыжки.
Я стояла на палубе «Скарлетт». Тени Люсифера, привязавшие меня к дереву, удерживали меня от рывка наверх, подальше от него и от корабля. Две сильные руки держали меня за талию, и кто-то снова и снова повторял это имя:
– Тара…
Голос Люсифера был совершенно нейтральным, спокойным, как будто мы не падали в пропасть, дабы разбиться насмерть. А может быть, мы уже мертвы?
Нет. Все вокруг казалось слишком настоящим, слишком живым. Я была жива. Люсифер был жив. Чье-то хныканье сказало мне, что он привязал к кораблю не только меня, но и всю команду. Он смог использовать свой дар. Значит, это смогу сделать и я.
Я поискала внутри себя внутреннее тепло. Поискала свет, уголья в венах и пепел.
Есть! Мерцание, ниточка, которая приведет меня к постоянному свету, к источнику моей силы. Меня ударило волною тепла. Огонь! В ладони моей руки вспыхнуло пламя. Люсифер отпустил меня, когда огонь охватил мои руки и добрался до шеи. Язычки пламени облизывали мне лицо, шипели в волосах. Но они не сжигали меня. Пламя могло пожрать все, но только не свою повелительницу.
Теперь я могла видеть в темноте. Не очень далеко, но достаточно. Я видела, как Люсифер отступает назад, потому что иначе я сожгла бы его. Затем я также заметила в темноте Астру, Леннокса и всех остальных моих друзей.
Их волосы стояли дыбом, и только тени Люсифера не давали им исчезнуть в этой бесконечной тьме. Но они были целыми и невредимыми – испуганными, шокированными, но физически целыми.
