Неожиданно мне стало больно. Моя левая рука, не так давно отмеченная подарком Риар-Шагота, вновь словно загоралась весёлым огнём, привлекая к себе всё возможное внимание и возвращая из путешествия по опасным мыслям. Через мгновение до меня дошло, что столь уверенный в своей власти старик самым наглым образом гипнотизировал меня. И возможно спас меня сейчас исключительно подаренный мёртвым Магистром лепесток огня.
Больше ждать не имело смысла. Я ударил одновременно, по всем троим. Незадачливый гипнотизёр молча упал седой головой на острый камень, навсегда оставив этот такой несправедливый к нему мир. О соседний камень разбил свой лысый лоб до последнего момента продолжающий выкрикивать агрессивные призывы нервный дьявол. И как бы не был я быстр, он всё же нашёл в этой крохотной доли мгновения достаточно времени для того, чтобы метнуть в меня осколок своей ржавой стали. Благо прицел я ему всё же видимо сбил, и нож оставил лишь небольшой порез на руке, вместо того, чтобы вонзиться мне в сердце.
А вот с третьим потенциальным врагом вышла не совсем ясная заминка. Он не упал. Мало того, он даже не попытался это сделать. Единственное, что смог ему предъявить Хозяин Пути, так это немного покачнуть его мощную фигуру. В тупом взгляде дьявола проступило лёгкое непонимание произошедшего, которое не шло ни в какое сравнение с моим искренним изумлением.
На всякий случай я ещё раз проверил его Путь. И вновь не нашёл в нём ничего интересного, обычный, простенький Путь вполне заурядного дьявола. Но почему же тогда и вторым ещё более мощным ударом мне удалось добиться лишь несильного толчка. Между тем мой финальный оппонент начал постепенно осознавать, что всё это для него может закончиться весьма плачевно. В его наивных глазах начали появляться нотки неприкрытой агрессии.
Развязка наступила несколько неожиданно для нас обоих. Только я с тяжёлым вздохом потянулся к своим потерянным для жизни мечам, как над моей головой в лёгком стремительном прыжке пролетела Элати. Меч её на полдлины клинка вошёл в затылок отверженного, завершая нашу не успевшую начаться дуэль.
— Пойдём, мастер, — леди резким взмахом стряхнула кровь со стали, — я устала.
Внезапно меня кольнула крайне неприятная мысль. Я с некоторой неподобающей суетой огляделся по сторонам. Дьявола-свистуна нигде не было. За задушевным разговором и его немного трагичным окончанием мы совсем забыли про этого без сомнения также отверженного. И без сомнения он был уже на полпути к логову своего обожаемого Ордена. А это в свою очередь значило, что у нас опять крупные проблемы.
И эти проблемы могут вполне усугубиться, если в дальнейшем повториться то, что несколько минут назад внесло в мою душу горсть недоумённой печали. Самый обычный Путь был мне неподвластен. Мне пришлось вспомнить, чей это был Путь. Это был Путь безумца, дьявола, который ходил не дорогами Ада, но только своими. Дорогами, на которые не смог бы вступить никто, кроме него. А сам он уже никогда не вступит на чужие дороги. И его Путь принял сумасшедшую веру своего хозяина. То, что я видел, уже не подчинялось законам реального мира, уже находилось слишком далеко для того, чтобы я мог до него дотянуться. Это был безумный Путь, а безумие неподвластно никому.
Несколько разочарованных часов мы пробирались по неприветливым камням. Я старался выбирать наиболее безопасную, по моему мнению, дорогу, и она, увы, часто оказывалась наименее удобной. Неожиданно перед нами раскрылась довольно ровная площадка с несколькими островками скучающих скал. С одной стороны этой площадки поднимался неприступный утёс, зато с другой нам открывалась вполне импонирующая мне дорога. Я решительно и возможно несколько легкомысленно направился к выбранному пути.
А дорога не прощает легкомыслия. Их было четверо. Появились они быстро, просто и целеустремлённо. Вряд ли нужно было гадать, кого принесло к нам на встречу, как не стоило сомневаться и в их намерениях. Действовали они удивительно чётко для безумцев. От общей группы отделился один из отверженных и побежал куда-то в бок, намереваясь, видимо, с помощью этого нехитрого манёвра атаковать по флангу. Я уже хотел ударить по нему, но Элати, сорвавшись с места, решила оставить это удовольствие за собой. Мешать я ей не стал, тем более что у меня и без того было чем заняться.
Двое из моих, мягко говоря, потенциальных врагов, чуть оторвались от своего несколько медлительного товарища. Первый оппонент представлял собой уменьшенную копию недавно не поддавшегося моему искусству дьявола. Причём сильно уменьшенную. Он буквально распластался над землёй, всё ускоряя неудержимый бег своих коротких ног. В маленькой руке он держал острый камень, который был ему явно не по размеру.
