С Валентиной дела обстояли даже хуже! Если уж она получала предмет для обсуждения, то она его подробно и всесторонне обсуждал.
– Федь, он сидит и сидит… может, больной какой? Может, помощь ему нужна?
– Валь, слушай, отстань ты от мужика, а? Сидит – значит, нужно ему так… Уймись!
Правда, для того чтобы Валентина унялась, нужно было что-то более глобальное – землетрясение там, ураган или цунами из местного озера.
– Федька Семёнович, вот как был ты чёрствым и противным типом всю свою вредную жизнь, так и остался! – возвестила Валентина, сползая с табуретки. – А я – русская женщина! Я так не могу! Там человеку, может, плохо!
– А если ему НЕ плохо? – уточнил ничуть не смутившийся «Федька», который с Валентиной в одном классе когда-то учился и знал, что остановить её практически нереально. – Сделаешь плохо и потом спасать будешь? Беги, паря, беги!
Глава 9. Режим «Русская женщина»
Режим «Русская женщина» включается какой-то хитрой, генетически в нас запрятанной кнопкой, и предназначен для героических свершений по типу «это сделать совершенно, абсолютно невозможно, но они ОПЯТЬ это как-то сделали!»
Защитить дом от врага, когда муж на войне и неизвестно, жив ли вообще, а тут какая-то пакость пришла да детям угрожает?
Стать к станку и выдавать на-гора сверх нормы детали, когда они крайне, просто позарез нужны?
Зубами и когтями выцарапать невозможных размеров урожай, а потом его заготовить, потому что иначе не прокормить семью?
Из последних сил дожидаться живым мужа, волком воя ночью в подушку, а утром снова вставать и идти работать, потому что у тебя за спиной дети и их надо растить?
Да, это именно такой режим включён – ничего не поделать, оно уже в нас заложено. Слишком уж много мам-бабушек-прабабушек-пра-пра-пра… бились с невозможностью и побеждали её, просто чтобы дать нам выжить. И делали это, зная, что где-то так же бьются за них, но уже на своём поле боя их мужья, отцы и братья.
А когда заканчивались и проходили, покрываясь молодой травой и мелкой, как мука, дорожной пылью страшные испытания, этот самый режим потихоньку прятался, засыпал, сворачиваясь в уютный клубочек, и даже впадал в глубокую спячку, вызывая подозрения старшего поколения в том, что:
– Эээээх, понавыросли финтифлюшки, только пятой точкой крутят да дурью маются, а толком ничего и не могут.
Могут! Ещё как могут! Только… только когда будет необходимость, тогда и проснётся это спящее, глубинное, когда коня на скаку можно не только остановить, но и хвост ему фигурно в полёте подстричь – если надо, конечно.
Правда, во времена мирные этот режим тоже иногда приоткрывает один глаз, посмеивается, да и слегонца напоминает о себе так, чтобы окружающие не забывались, да не расслаблялись особо.
– За ночь поставить тридцать банок огурцов и помидоров, в минуты короткого ночного отдыха, разнообразя соленья, чтобы не скучно было, парой-тройкой баночек варенья и компота? – Запросто!
– Сшить дочке подробный костюм Снегурочки из подручных средств и в крайне сжатые сроки? – Легко.
– Узнать, что гости выехали, магазины уже закрыты, а доставка физически не успевает, и «сообразить» на стол так, чтобы он нервно покряхтывал и натурально ломился? – Могём!
– Угомонить бунтующего супротив реальности соседа, буйного после многодневных отмечаний чего-то уже позабывшегося? – Если за спиной ребёнок, вообще без вариантов! У бедняги-соседа при виде женщин потом будет нервно дёргаться глаз, но кто ему тут был злобный Буратино?
– Вломить лопатой по рогам распоясавшемуся козлу лопатой, чтобы он сразу припомнил, что на корриду – это, пожалуйста, в направлении юго-юго-запад, там тебе и Европы, и Испании, и торреадоры для развлечения и страстей, а тут у нас проживают приличные копытные, и нечего на людей кидаться? – Да без проблем.
– Вытолкать почти безнадёжно утопшее в грязи средство передвижения? – Ну, а что делать, если выхода нет? Вытолкаем!
Полагаю, что каждый может продолжить этот список самостоятельно и без затруднений… Я-то лично наблюдаемые примеры включения режима описала!
Правда, бывают особы уникальные – у них включение этого режима происходит без особых причин и как бы самопроизвольно. Вот, например, у соседки Николая – Валентины Ивановны, этот режим включаться любил… выключаться он не любил – видимо, такая личностная особенность организма.
– Ну Николаша… ты влиииип! – посмеивался про себя Фёдор Семёнович, вслух предусмотрительно помалкивая.
– Это тебе сходу свезло! Валька включилась и понеслаааась! Последний раз на моей памяти она так завелась, когда у Леночки машина в грязи застряла, а у неё срочный вызов на роды был. Нет, можно было бы меня с Нивой подождать, но, когда я до места добрался, она уже и машину вытолкала – просто плечиком с разбегу приложилась, и зевак разогнала, и даже доски какие-то в грязь приволокла и замостила лужу… Счастье, а не женщина, но с уважительного расстояния! Эх, ты чудак – Колюня, ты ж сразу уважай давай, а то не выжить тебе в эпицентре!