— Не бойся, — тихо сказал он ей на ухо, ласково обнимая. — Ты же смелая, Лизабет.
— Кажется, решительность меня покинула, — призналась она, ощутив его прикосновения внизу живота и стараясь сдержать нервную дрожь.
— Отложим до следующего раза? — спросил эльф, не переставая целовать её.
Перед мысленным взором Лизы почему-то промелькнула спираль настенных часов, что была в классе Тэрона. Стрелки замерли в нерешительности, словно не желая двигаться дальше, к следующему часу. К часу, который определял будущее. И от этого уже настоящий страх коснулся души девушки. Словно всему, что происходило теперь, не суждено повториться вновь, что, отказавшись от своего решения, она потеряет гораздо больше, чем невинность.
— Сейчас… я решила, — прошептала она ему, позволяя чутким эльфийским пальцам ласкать её везде, где только заблагорассудится.
— Я сделаю всё, чтобы ты не пожалела об этом решении, — еле слышно сказал Велиор, обнимая её крепче.
— Да, я верю тебе, — ответила Лиза и прикусила губы изнутри, чтобы не вскрикнуть от пронзившей её боли и обжигающего ощущения близости, о которой она никогда особо не раздумывала и, надо признаться, имела весьма смутные представления.
Он не торопился, но испуганное сосредоточение на её лице не позволяло отрешиться и следовать слепому зову разгорячённых тел без оглядки, самозабвенно. Осторожно погладив её по щеке, эльф прильнул к губам девушки, дождался робкого ответа и прошептал:
— Самое страшное позади, ты теперь моя… моя Лиза.
— Мне не страшно, — тихо сказала она, — но это слишком…
Подходящего слова не нашлось. Слишком близко? Сильно? Волнующе? Она прикрыла глаза, нежно обхватывая его плечи и позволяя медленно продолжать, вслушиваясь в их прерывистые вздохи и торопливый стук взволнованных сердец. Жаркая боль растворилась без следа, перетекла во что-то иное, незнакомое, влекущее в бесконечный поток движений. Не нужно было задумываться о том, как отвечать на его ласки, чудесным образом всё выходило само собой, будто тело Лизы от природы знало, что нужно делать, причём без участия разума в процессе. Это было необычно и ни на что не похоже. Она попыталась ухватиться за ускользающую мысль, но не смогла — всё её существо было занято происходящим. Прошло, наверное, не более нескольких минут, и всё закончилось, но от прежнего состояния души её теперь отделяла непреодолимая пропасть. Можно ли измениться так быстро?
Велиор ласково водил рукой по её спине, пока она пыталась прийти в себя, совершенно потрясённая шквалом новых ощущений. За всё время обучения магии ей не приходилось делать такое количество открытий за столь короткий промежуток времени.
— Лиза… — позвал он её одними губами, но она услышала, приподняла голову и взглянула на него тёмными серыми глазами.
— Что? — прошептала девушка.
— Я люблю тебя, — сказал эльф и пригладил её волосы.
— Я знаю, — ответила Лиза, проводя пальчиком по его бровям, носу, прикасаясь к губам. — Мне нужно привыкнуть к тому, что мы уже настолько близки. Я всё же не подумала, как это на самом деле бывает. Поспешила немного. Думала, что не страшнее очередного урока с новыми заклинаниями.
— Урока? Поэтому ты и выбрала учителя для первого раза? — Велиор рассмеялся, прижав её к себе и целуя шелковистые волосы.
— Это не смешно! — возразила Лиза, но напряжение уже рассыпалось сверкающими осколками, стало вдруг легче и дышать, и говорить.
— Что ж, признаюсь, я тоже впервые имел дело с невинной девушкой, — сказал он, глядя ей в глаза.
— Впервые? — удивилась она. — Но как же…
— Не спрашивай. Жрицы в храме Ньир слишком любвеобильны, чтобы можно было среди них отыскать хоть одну девственницу.
— А студентки Академии? — лукаво прищурилась некромантка.
— Ты первая, ради кого стоило нарушить все правила, — он нежно поцеловал её и помог устроиться на своём плече. — И единственная.
— Сомневаюсь, что смогу тягаться с вашими жрицами в искусстве любви, — промолвила она, вздохнув. — Для меня это неизведанная сторона жизни. Ты ведь помнишь, что до нашей встречи я и о поцелуях не имела никакого понятия.
— Ты быстро учишься, — заверил её Велиор, едва сдерживаясь, чтобы снова не засмеяться. — Видимо, дар помогает тебе осваивать новые, кхм, науки.
— Мой дар под запретом, как и любовь с такими, как ты, — Лиза потянулась и поцеловала эльфа, едва дотронувшись губами до его щеки.
— Нельзя запретить луну на небе и сделать так, чтобы светило одно лишь солнце, — он перестал улыбаться и потянул за край одеяла, укрывая её и прижимая к себе. — Рано или поздно людям придётся признать существование теневых магов. И оставить нас в покое, пока сумеречные разрывы не уничтожили весь мир живых. Тэрон всегда говорит, что каждый должен заниматься тем, для чего он предназначен.
— А как же Орден? Разве он предназначен не для того, чтобы очищать мир от скверны тёмной магии?
