Джек начал прикидывать – что говорить, когда начнут потрошить его чемодан и есть ли надежда отбить, хотя бы часть своих накоплений.
Он готов был отдать половину! Ну, даже и две третьих. Этого бы вполне хватило, чтобы встать на ноги на новом месте. Но как начать разговор о дележке? Насколько он знал, вскрытие чемодана должно происходить под видеозапись и в присутствии свидетелей.
Джек так и не успел придти к какому-то окончательному решению к моменту, когда его остановили перед дверью камеры, сняли наручники и втолкнули в пустое помещение, с грохотом захлопнув дверь.
Лязгнул замок, под потолком, как будто проснувшись, начала разгораться осветительная панель, защищенная стальной сеткой, чтобы заключенные не смогли сломать колпак и сделать себе пластиковые ножи.
Капитан первым вошел в комнату отдела, где располагались несколько столов с терминалами, пара сейфов, офисные шкафы, кофеварка и плакат Моники Блэр в минимальном прикрытии, который убирали перед городской проверкой, но потом вывешивали снова.
Ответственным за Монику был лейтенант Кузмар, сдавший экзамен на лейтенанта полгода назад, но все еще сохранявший сержантские усы и ухватки «монстра» – патрульного полицейского, которым проработал пятнадцать лет, прежде чем «поперло», когда его тесть занял один из постов в администрации города.
Кузмар имел крепкие, постоянно сбитые кулаки и ему доверяли самых упертых подозреваемых. Он умел работать с материалом.
Именно ему принадлежала заслуга получения информация о прибытии на Лиму-Красную «непонятного фрукта», в которым подозревали одного из курьеров доставлявших «джоб» – новейший наркотик, который имел настолько высокую концентрацию, что мог разводиться в пропорции один к десяти тысячам. Поэтому поимка всего одного доставщика «джоба» могла легко обернуться, и в годовые премии, и в новые звания.
Но поскольку избитый Кузмаром «решала», занимавшийся всем – от изготовление фальшивых документов, до вызволения сидельцев из изоляторов, ничего конкретного о своем госте сказать не мог, все надеялись на «джоб».
По другим каналам доходили сведения, что поставка вот-вот случится – так почему бы не сегодня?
– Ну что? – спросил Кузмар, поднимаясь из-за стола, когда начальник отдела с чемоданом и сержант Горди вошли в помещение.
Капитан не ответил и пройдя к себе в «аквариум», закрыл дверь, а Горди подошел к столу Кузмара и одним глотком допил его холодный кофе.
– Взяли ублюдка, Берни. Не зря ты решальщика обрабатывал.
– Ну и что там? Что это за чемодан?
– Босс должен кое-что прояснить, а потом вскроем, – пояснил сержант, следя через незакрытую штору за тем, как начальник отдела говорил с кем-то по аппарату закрытой связи, не выпуская чемодана из рук.
Наконец, он положил трубку и вышел в общее помещение и почти одновременно с ним вернулся Алджерон.
– Ну что? – спросил он у Горди.
– Проветрился?
– Проветрился.
– Тогда проверь манипуляторы, чтобы видео было в порядке.
– Ладно, – с готовностью согласился Алджерон и принялся регулировать штативы на которых висели видеокамеры, а потом взялся за стойки с осветительными лампами.
И все то время, пока он это делал, капитан Стренджер с невозмутимым видом стоял рядом, держа в руке важный трофей.
Он выдерживал важную паузу, хотя знал, что его подчиненные изнывали от нетерпения, желая поскорее узнать – есть в чемодане «джоб» или нет.
Кроме того, что-то «протекло» наверх и его уже предупредили, чтобы не зажал «проставку» за успех в ресторане «Бахчеван», одном из самых дорогих в городе.
– Готово! – выпалил Алджерон, отскакивая в сторону и становясь рядом со большим шкафом, с которым был почти вровень.
Он являлся полезным членом команды и если требовалось сокрушить каких-то раскаченных бандюг, Алджерон охотно шел первым.
Не то, чтобы он был мастером единоборств, но пока с ним возились, остальные копы нападали из засады и вязали злодеев, применяя электрошокеры и парализующие боеприпасы.
Но был у этого парня один минус – слабое брюхо, которое могло «сработать» даже от неправильно вскрытой жвачки.
– Итак, дамы и господа, все внимание на сцену! – объявил капитан укладывая чемодан на ярко освещенный предметный стол, который использовали только в тех случаях, когда дело касалось серьезных расследований.
В остальных случаях вполне годились подлоги слепленные утром в понедельник.
Щелкнули замки, для которых даже не потребовался ключик.
Капитан откинул крышку и все на мгновение замерли.
Нет, они конечно понимали, что контейнер с «джобом» не будет лежать сверху. Тут, как обычно, находились какие-то вещи курьера.
Новенькие сорочки в упаковке, носки, трусы и даже сублимированные продукты – видно было, что парень готовился к разным обстоятельствам.
– Занавес мы убираем, – произнес капитан изящным жестом сбрасывая чужие вещи. – А тут – внимание, дамы и господа! Кульминация нашего представления!
С этими словами капитан Стренджер извлек из чемодана небольшой школьный рюкзак и выдернув шнур, вытряхнул содержимое рюкзака на стол.
И тут все замерли еще раз, поскольку ожидали совершенного другого.
