}Спустя некоторое время вновь зазвучали барабаны, и люди пустились в пляс. А я мог только сидя наблюдать за происходящим. Тадеус посмотрел некоторое время на танцы и, тяжело вздохнув, пробормотал что-то о своей ушедшей молодости, удаляясь спать. Я же еще долго сидел, глядя, как танцуют индейцы, и взгляд мой часто был прикован к Биллу, хохочущему и увлеченному пляской в отблесках искрящего костра…}
***
}На рассвете я проснулся от тычка в бок. Полковник, уже одетый и умытый, показывал мне какие-то странные жесты, и спросонья я едва понял, что он зовет меня на улицу. Я быстро привел себя в порядок и вышел навстречу восходу. У типи стоял какой-то человек, непонятно, старый или молодой – с одной стороны выглядел он не старше двадцати пяти, но глубокие морщины, изрезавшие нижнюю часть его лица, сильно старили его. Полковник представил нас друг другу. Выяснилось, что этот человек был сыном вождя.
}Он отвел нас в сторону, далеко от типи двоюродной сестры Билла, постоянно оглядывался и вел себя нервно. Это насторожило меня, но полковник Хоффманн был спокоен, и его уверенность передалась и мне.
}Наконец, индеец остановился и начал торопливо говорить на не очень хорошем английском:
}- Уходите отсюда. Вам не следует идти дальше на запад. Это небезопасно, хоть вам и кажется, что белых здесь привечают… А уж с Биллом тем более не следует идти дальше…
}- Но почему? – недоумевая, спросил полковник.
}- Он не тот, за кого себя выдает. Билл ненавидит европейцев, из его племени его почти изгнали. Ему нечего терять, а вы можете пострадать…
}- Но почему тогда вы помогаете нам? – задал резонный вопрос полковник.
}- Я не хочу проблем для людей своего племени. Если с вами что-либо случится, белые люди придут сюда и разорят нашу деревню. Уходите!
}Находясь в растерянности, мы с Тадеусом стояли в молчании и пытались осознать сказанное этим человеком…
}- Опять ты плетешь козни против меня, Сидящий Бык? – неожиданно раздался голос нашего проводника позади нас. Индеец вздрогнул, но глаза его тут же наполнились презрением и ненавистью.
}- Тебе не место здесь, Маленький Сиу. Зачем ты каждый раз приходишь? Возвращайся в свое племя и забери этих белых.
}Билл выглядел только что проснувшимся, лицо его немного опухло, а вокруг глаз размазался уголь.
}- Не тебе решать, оставаться мне или уходить.
}С этими словами Билл потянул нас за руки, прося идти за собой. Сидящий Бык остался стоять, а мы пошли прочь, стараясь не оглядываться. Билл уверенно вел нас к ручью, и был настолько напряжен, что мы с полковником боялись и слово промолвить.
}- Не знаю, что он вам сказал, но не слушайте его. Сидящий Бык давно точит на меня зуб, боится почему-то, что вождь может назвать своим преемником меня, сына его сестры, а не его, собственного сына…
}- Но Билл… он говорил, что ты… ты… - я замялся, ощущая вдруг неловкость, а юноша резко обернулся, сверля меня взглядом.
}- Я что?
}Тон его был почти угрожающим, но я нашел в себе силы закончить фразу.
}- … что ты ненавидишь европейцев.
}Я замолк, а полковник, тяжело вздохнув, уселся на траву, набивая трубку табаком, так как мы достигли ручья.
}- Знаешь, сынок, лучше бы ты рассказал нам все, как есть, прежде чем мы двинемся дальше. И если ты что-то против нас имеешь, то не стоит так насиловать себя. Мы пойдем дальше вдвоем, а ты можешь остаться здесь или вернуться в родную деревню.
}Билл вдруг упал на колени, закрывая лицо ладонями. Я осторожно присел рядом, переводя взгляд с полковника на Билла. В душе моей царило смятение, и я со страхом ожидал ответа юноши.
}- Что вы хотите услышать? Действительно, я недолюбливаю европейцев. Но не смейте меня в этом обвинять! Они пришли на нашу землю, разрушили то, что создавалось многими сотнями лет. Они заставили мое племя уйти из родных мест, заняться несвойственными им делами. Я, может быть, и не совсем принадлежу к ирокезам, так уж сложилось, но меня мучает страх, что белые придут и сюда, на запад, к близким и родным мне людям… Они погонят дакота так же, как и всех остальных, и мне больше некуда будет идти… Я всегда считал переселенцев злом, пришедшем с востока, наказанием, ниспосланным нам богами. Но за что? Я застал кровавое время, когда каждый прожитый день казался благословением. Я не хочу такой же участи для сиу. Я прихожу сюда, как в тихую обитель, обитель старины, устоявшихся традиций. Эта деревня мне как дом родной. Но… вас я узнал ближе. Я точно знаю, что вы, лично вы двое, опасности не несете. За это время, что мы путешествуем, я понял, насколько был глуп, считая всех белых одинаковыми. Вы все разные, такие же, как и мы. Среди вас есть злые, завистливые и жестокие люди. Но есть и хорошие, которые всегда готовы придти на помощь. Так же, как и среди нас. И я был бы рад, если бы вы разрешили мне сопровождать вас дальше.
}Мы хранили молчание, а Билл смотрел нам в глаза, тяжело дыша. Наверное, это был момент истины, момент, когда мы все были раскрыты друг перед другом. Тадеус, оторвавшись от своей трубки, наконец, промолвил:
