До отмеченной мной прогалины мы добрались быстро, и первой её заметила именно Рели. Она сморщила носик, закашляла и прикрылась рукавом. Я пока только начинал чувствовать невыносимую смесь будущей трапезы монстров. Двое солдат Верда, расположившись как можно дальше, охраняли телегу с тухлыми овощами, подгнивающим мясом и тучами мух. Они были только рады, когда десятник наконец забрал их с собой. Мы же привязали лошадей подальше и начали сооружать лежанки и прикрывать их листвой, травой и землёй так, чтобы небольшие укрытия не заметили сверху гарпии. Всё остальное сделает умопомрачительная вонь.
Привыкнуть к ней оказалось нелегко. Рели постоянно ходила вокруг, иногда спускалась к реке и недовольно хмурилась, пока наконец не привыкла. Через пару часов мы заняли убежище, вампирша успокоилась и прикрыла глаза. Девушка продолжала следить за округой, если не с помощью забившего нос запаха, так с помощью чуткого слуха. Я же в этот момент незаметно порезал себе палец и начертил несколько рун на серебристой пластинке, которую всегда носил с собой в нагрудном кармане. Малефикар силен тогда, когда подготовлен к сражению. Я, разумеется, нечасто мог позволить себе такую роскошь.
День подходил к концу, солнце спряталось, но по-прежнему стояла мёртвая тишина. Лишь лёгкий шелест травы наполнял воздух. Я достал флягу и отпил. Вода с легким привкусом трав – обычно для разбавления добавляют вино, но не в этом монастыре. Сверху раздались тяжёлые хлопки.
Я попытался аккуратно поднять голову и посмотреть, но меня встретила лишь крона деревьев. Скрип дерева и громкое чавканье возвестили о том, что первые разведчики стаи уже прибыли. Это были не очень крупные существа, взрослому человеку не достающие и до груди. А вдобавок они сильно горбились, и потому казались ещё меньше. Длинные безобразные лица с острыми пильчатыми зубами, сильные крылья, тощее серо-коричневое тельце с обвисшим животом и тонкие согнутые ноги с когтями. Рели подобралась и внимательно смотрела на меня. Я жестом попросил её подождать.
На прогалину приземлялись твари, одна за другой, и вскоре их стало так много, что все они не умещались у лакомства. Я кивнул и ринулся вперёд. Лёгкое усилие воли – один из рисунков почернел и рассыпался, не оставив и следа, а моё тело окутал мерцающим светом прозрачный барьер. Голова неприятно загудела, я чуть сбился с шага, но удержался и хорошим взмахом сбрил голову гарпии. Другие бестии отвлеклись от ужина и с шипением и свистом заверещали. Я тараном влетел в самое скопление чудовищ. Они облепили меня, как мухи, и изо всех сил старались добраться до плоти. Когда я уже не видел ничего, кроме злобных морд, когтей и крыльев, рассыпалась и вторая руна, руна Мести.
Вспыхнувший щит стал насыщенней и налился красным, его поверхность колыхалась и дрожала, пока внезапно не лопнула кипящей кровью во всё стороны. Руна забрала у меня уйму сил, я почувствовал железо на языке и на секунду зажмурился от боли, но вот гарпиям было в разы хуже. Тёмно-красная жидкость разлагала их тела, они яростно шипели и визжали, но неумолимо опадали противными темно-алыми остатками. Множество тварей истлевали, оставшиеся в живых в панике отпрянули, Рели луком откидывала от себя гарпий и уже тянулась к шпаге. Но я не позволил себе отвлекаться и начал методично рубить монстров. Каждое выверенное движение вскрывало очередную тушу легко и без всякого сопротивления, чуть дымясь от страшного оружия.
Те оживились, начали накидываться волнами, оставили кровавые следы на спине, руках, ногах, пытались вцепиться в шею, кто-то особенно резвый выбил клинок. Но их осталось так мало, что я смог вытащить кинжал и принялся ломать кости, вспарывать животы и пробивать черепа. Их острые зубы с удовольствием впивались в ткань и кожу, но магия в моей крови была слишком свирепа, чтобы эти многочисленные, но неглубокие укусы и царапины вызвали во мне опасения. Я щедро делился плотью с гарпиями, не позволяя режущей и противной боли отвлечь мой рассчетливый и прагматичный разум.
Последнюю я втоптал в землю и сломал ей шею ногой. Поляна опустела, бурая кровь лилась через край, я опустошенно упал на колени, а Рели, немного прихрамывая, села рядом. Её тоже поцарапали, но несильно, несколько царапин только почернели.
– Что это было? – устало спросила девушка, опасаясь подходить ближе.
– У меня такой же вопрос. Я знаю, как дворяне ведут себя перед хаоситами. Храбрость, честь и прочая ерунда не помогут справиться со страхом.
– Я – вампир, Каднер, а не домашняя девочка из богатой семьи, – оскорбленно возразила Рели. – И мне приходилось убивать не только лесных животных, но и монстров. Крови я уж точно не боюсь. А вот ты…
– Я – маг Крови, – ответил я. – Малефикар.
– Проклятье, – выдохнула Рели. – Как же так? Ты же… А-а-а-а. Вот почему ты предложил вампиру вступить в Орден? Но… Как так получается? Маг Крови охотится на своих же братьев на стороне Церкви?
– Моя семья – это Орден. И сражаюсь я под его знаменами, а не под символами церковников. Что ты знаешь о магах Крови?
