– А вот и мы! – сказала, подходя, Осока, а рядом с ней… Кауди протёр глаза. Неужели то самое лохматое и грязное существо неопределённого цвета, которое они изловили накануне, и которое недавно поили водой?? Длинный воздушный мех был дымчато-серого цвета с лёгким оттенком цвета морской волны, более тёмный на ушах и между ними, на плечах и конечностях. При каждом шаге Люры по бокам пробегала едва заметная рябь, от которой то возникали, то исчезали размытые вертикальные полосы. Расчёсанная грива не мешала оценить размеры треугольных ушей. Хвост, по-кошачьи длинный, был опушён гораздо сильнее и чем-то напоминал хвост гигантского муравьеда с Гризмальта.
– Красота-а… – восхищённо протянул Тай. – Трудно поверить, что это всего лишь маскировочный окрас.
– На контрастном фоне я очень выделяюсь, а вот в траве и тумане… – сказала Люра. – Поэтому нас зовут дьяволами и призраками.
Обедать Люру усадили за общий стол. Соответственно её анатомии установили низкую подставку, на которую она и уселась, сложив задние ноги по-звериному и подперевшись средними. Передние конечности нактары лапами назвать не поворачивался язык. Они были устроены почти как у больших обезьян. Настоящие руки! Она и опиралась при ходьбе на них по-обезьяньи, на вторые фаланги пальцев, подгибая первые с когтями назад и вверх. Кстати, к удивлению наёмников, вторая пара лап у неё также оказалась хватательной, хоть и менее ловкой, и лишь задние конечности почти утратили возможность что-либо брать, большие пальцы на них были сильно атрофированы. С каждым часом, проведённым в обществе команды, нактара говорила всё лучше, видимо, вспоминала подзабытый навык. Умела она и смеяться, очень похоже на то, как фыркают фаргулы.
– Мы можем доставить Вас на Горот, – предложила ей Суги.
– А можно не надо? – сказала Люра. – Что там делать, у меня никого не осталось из родни.
– Хорошо, а сама бы ты что хотела? – спросила Осока.
– Летать. Посмотреть другие планеты. Я не такая умная, может быть, но у меня ловкие пальцы, даже на клавиатуре могу печатать. Научусь, чему скажете.
– Видите ли, Люра, – мягко произнёс Эль-Лес, – мы ведь не путешественники, мы – профессиональные воины, сражаемся за деньги.
– Всем приходится сражаться за то, чтобы жить, так или иначе, – философски сказала нактара. – Я не против драки, я не хотела бы изображать драку на потеху. И убивать слабых не хочу, у нас это не принято.
– Тогда мы поладим, – подытожила Суги.
Заминка, связанная с поимкой «хищного зверя», сыграла свою положительную роль. Вечером того же дня для забраки поступило сообщение по почте Голонета.
– Ну, вот и попался, – удовлетворённо сказала она.
– Неужели Риднегин? – всплеснула руками Фани.
– А то. Говорила я вам, что найду гада? Вот и нашла.
– И где же он?
– На Колесе. Там у него свой офис.
Станцию Колесо в системе Беш Гордон Осока знала неплохо, хотя бывала там всего однажды и недолго, меньше двух дней. Сейчас, в преддверии нового визита, следовало вспомнить и систематизировать имеющиеся сведения. Чем она и занялась, устроившись за откидным столиком в задней части рубки. Эту информацию, как и много чего ещё интересного, Осока узнала на планете Мэридун, невыносимо долгими вечерами, когда делать было нечего и хотелось выть от ощущения собственной беспомощности. Учитель был тяжело ранен, а оказать ему помощь мог на планете только шаман крестьянского племени
Едва слышно зашипел привод толстых двойных дверей рубки. Осока не обернулась, она и без того знала, кто вошёл. Большие руки уверенно легли ей на плечи.
