– Что там? – спросил Тай. Осока протянула ему записку. Он прочёл и только головой покачал: – Ну и ну. Я, конечно, догадывался, что тётка она неплохая, но что настолько мудрая…
– Ты ведь тоже говорил, что нам пора, или я ослышалась?
– Я-то только предложил. А она уже знала, что так и будет.
– Вот интересно, а если бы она полетела с нами, ты бы не возражал?
– М-м. Может, и нет. Нам с тобой было бы чему у неё поучиться, согласись. С другой стороны, разве нам плохо вдвоём? – он взял её за талию, притянул к себе. – А?
– Однозначно неплохо, – Осока улыбнулась и склонила голову ему на плечо.
Впереди у них был долгий перелёт через пол-Галактики.
А мне идти по мирам, как по колено в траве.
А мне идти по мирам, не первый, может быть, век.
Пока настала пора, покуда крылья хранят…
А мне идти по мирам – они не гонят меня
В рубке царила полутьма. Холодный свет немигающих звёзд освещал сквозь прозрачный транспаристил блистера секции индикаторного пульта, два пустых кресла перед ним, углы не то скамеек, не то лежанок в задней части узкого помещения. На пультах перемигивались светодиоды индикаторов, сообщая, что космический корабль находится на автопилоте. Кроме них, в рубке светилась лишь слабая синеватая лампочка ночника. Схема управления, не ощущая признаков движения, убавила яркость до минимума. Конус света падал на откидной столик и лежащий на нём листок флимсипласта. Зрение существа, способного видеть в сумерках, могло бы различить на нём ровные строчки написанных стилом букв. Не
