Прошла неделя, а следов Лейси так и не нашли. Интенсивность поисков начала снижаться. Все будто бы упали духом. Если бы мы отыскали хоть клочок ткани, хоть ее ботинок, да хоть что-нибудь – это бы вдохновило народ и прибавило бы поисковикам сил. Все усилия были безрезультатны. Лейси с Клейтоном пропали – слово пара кроликов в цилиндре фокусника. Если бы не оставшаяся в палатке одежда сестры, ее любимая скрипка и смятое белье на ее кровати, я бы вообще усомнилась в ее существовании.
Впрочем, с другой стороны, стоило мне смежить веки, как она тут же представала перед моим мысленным образом. Я чувствовала, как ее пальцы касаются моей руки, слышала музыку, которую она играла, а в заходящем рыжем зимнем солнце видела отблеск ее волос.
Нет слов, чтобы описать, как я по ней скучала.
А как я обо всем сожалела!
Работники цирка постепенно вернулись к своим обязанностям, а артисты к репетициям и выступлениям.
Ранним солнечным утром, где-то через неделю после исчезновения Лейси, к нам зашел мистер Купер. Он мялся, явно чувствуя себя не в своей тарелке.
– Нам пора собираться в дорогу. Народу вчера пришло ощутимо меньше. Оно и понятно – холода, да и праздники на носу.
Папа ничего на это не ответил.
– Мы отправляемся на юг, во Флориду. Встанем лагерем у местечка под названием Гибсонтон. Там и перезимуем.
Папа ничуть не переменился в лице. Оно у него оставалось все таким же каменным. Мистер Купер сунул руки в карманы. Ему явно было нечего добавить к сказанному. Он было двинулся прочь, но вдруг остановился и обернулся:
– Надеюсь, без обид?.. Ну, насчет всего того, что случилось…
Папа вскинул подбородок и сделал вид, что наблюдает за летящей в небе птицей.
– Знаете что я скажу… – мистер Купер прочистил горло. – Палатки можете оставить себе. Делайте с ними, что хотите.
– Спасибо, – папа отдал должное этому жесту.
– Да-а-а-а… в общем, так… – проговорил хозяин цирка, огляделся по сторонам и удалился.
Весь день до нас доносились крики людей, а с ними стук и звяканье инструментов – работники разбирали аттракционы. Некоторое время я наблюдала за этим издалека, но, когда они приступили к вышке для прыжков в воду, я поспешила обратно к нашим палаткам. Папа снова уехал к шерифу Бейкеру, а тем временем к нам решила заглянуть Берта. На прощание она подарила маме еще мыла.
– Я понимаю, это немного, но оно тебе вроде бы понравилось. Кроме того, все остальные вещи я уже уложила.
– Ну что вы… ну что вы… спасибо, – ответила мама. – Мы очень ценим вашу заботу.
– Ты не сомневайся, твоя дочка непременно найдется, – промолвила толстуха. – Даже представить не могу, каково тебе сейчас.
Мама с бледным лицом поджала губы. Она тискала в руках мыло, будто бы не зная, что сказать Берте. Гостья при этом не торопилась уходить. Она устроилась поудобнее и защебетала, будто нам было нечем заняться, кроме как отвечать на ее дурацкие расспросы.
– Твой муженек вроде бы собирался сказать шерифу, чтобы тот поискал Лейси в Валгалле? Пусть и в другие окрестные городишки заглянет. Как думаешь, она могла так далеко забраться? Ноги-то у нее длинные, так что я думаю, отчего бы и нет…
Мама посмотрела на Берту так, словно она говорила с ней на каком-то непонятном тарабарском наречии. Я придвинулась поближе, чтоб вмешаться и уберечь маму от докучливой толстухи.
– Еще раз большое спасибо, мисс Берта. Простите, но мы с мамой как раз хотели…
Берта с трудом встала:
– Да, давайте, давайте… засиделась я тут у вас, а время уже не детское. Я и сама еще до конца не собралась…
Стоило нам только избавиться от Берты, как заявилась Трикси с мистером Эм. Они пришли минут через пять после того, как толстуха ушла.
– Здрасьте, миссис Стампер, – сказала Трикси.
– Привет, Трикси. Ладно, девочки, вы болтайте, а я пойду пока прилягу.
Мистер Эм сидел у Трикси на плече. Я подошла поближе, чтобы он перебрался ко мне. Я протянула обезьянке кусочек булочки, которую припасла с завтрака. Она взяла ее крошечными лапками и принялась жевать, откусывая по чуть-чуть, совсем как человек. Мистер Эм сегодня вел себя беспокойней, чем обычно, то и дело перебираясь на плечо Трикси и обратно ко мне.
– Понимает, что мы уезжаем, – улыбнулась девушка. – Видит, что царит суета, слышит весь этот шум, вот и волнуется, прям места себе не находит.
– Знакомое ощущение.
– Все с твоей сестрой будет в порядке. Сейчас она может объявиться в любой момент – живая и невредимая. Ну, разве что, может, чуток голодная.
Я была очень признательна Трикси за ее слова, но беда была в том, что Лейси прежде всегда была с нами. Мы о ней заботились. А теперь она оказалась одна. Скорее всего, сейчас ей было страшно. А что, если ей плохо? Что, если она страдает? О вариантах похуже я старалась не думать.
– А у вас какие планы? Остаетесь? Будете искать ее дальше?
– Ну, папа планирует именно так.
Трикси подалась вперед, чтобы обнять меня, и мистер Эм протестующе заверещал.
– Надеюсь, когда-нибудь свидимся, Уоллис Энн.
– Я тоже надеюсь.
