– Не знаю, – Леон помрачнел ещё больше и покачал головой. – Сами понимаете, я не рассматривал её настолько тщательно. Синяков я вроде бы не увидел. Платье было всё в грязи и разорвано, это да, но разорвать его мог и нож нападавшего. Её ударили ножом в грудь, вытекло много крови, она залила верх платья, грудь, шею, но на ногах, на бёдрах крови не было... Прошу прощения, – спохватился он, видимо, увидев бледность Авроры.
– Нет, ничего, – она с трудом проглотила подступивший к горлу комок. – Если уж я решила расследовать это дело, мне надо перестать быть нежной пташкой. Бертран, я так понимаю, даже не рассматривает другие версии, помимо разбойничьей?
– Нет. И он решил все силы бросить на поиск разбойников, так что уже завтра я снова попробую проследить за Вивьен и её таинственным возлюбленным.
– Вы говорили Железной Руке, что подозреваете его служанку?
– Не говорил. Не хочу, чтобы он спугнул её каким-нибудь необдуманным решением. Когда зашла речь о том, что я делал один так рано в лесу, я сказал, что заметил подозрительного юношу, идущего к лесу, и решил проследить за ним. Боже, я надеюсь, вы не подозреваете меня? – он снова криво усмехнулся.
– Нет, Леон, что вы! – воскликнула Аврора. – Вы и Бертран – одни из немногих, кому я полностью доверяю. Ещё, конечно, Жану и Марии, но они вряд ли смогут помочь мне в этом деле.
– Это хорошо. То есть, хорошо, что вы мне доверяете, – Леон встряхнул головой, отбрасывая с лица светлые пряди. – Когда де Труа сказал, что это я виноват в том, что не смог спасти его племянницу... – он замолчал и крепко сжал кулаки, слепо уставившись в одну точку перед собой.
– Вы не виноваты! – Аврора в порыве сочувствия потянулась к нему и легко сжала его левую руку. – Знаете, возможно, это прозвучит глупо, но несколько дней назад, когда Люсиль ещё была жива, мне приснился сон про неё. Кошмарный сон. И после пробуждения я захотела поговорить с ней. Расспросить, не мучает ли её что-нибудь, нет ли у неё какой-нибудь тайны. И она почти начала рассказывать, но тут появился дядя и весьма поспешно увёл её. А на следующее утро вы нашли Люсиль мёртвой в лесу.
Леон негромко присвистнул.
– Чертовски подозрительно, – пробормотал он. – А что именно вам сказала Люсиль?
– Что у неё и правда есть какая-то тайна, но это не её тайна. Что она на самом деле вовсе не невинная, а очень гадкая. Что я буду презирать её, если узнаю. Мне кажется, этим разговором я спровоцировала её. Если бы я не стала расспрашивать Люсиль, она не упомянула бы некую тайну, её дядя не заволновался бы так, они бы не поссорились, она бы не убежала в лес... – голос Авроры дрогнул и сорвался, к глазам вновь подступили слёзы. Борясь с ними, она ощутила, что Леон, не отнимая левой руки, осторожно накрыл её кисть правой.
– Ну-ну, – он ласково похлопал её по руке, и от этого прикосновения слёзы хлынули ещё сильнее. Аврора уже достаточно оплакала Люсиль в своей комнате, за запертой дверью, но теперь она плакала не то по безвременно почившей девушке, не то по Леону с его потерянной памятью, не то по себе самой, запутавшейся в тенётах собственных мыслей. Капитан ничего не говорил, только продолжал осторожно сжимать её ладонь, пока она давилась сдерживаемыми слезами, свободной рукой вытирала глаза и бесконечно всхлипывала. Он не делал попыток приобнять её или хоть как-то успокоить словами, не предлагал платок, которого у него, возможно, и не было, просто держал её за руку, и это молчаливое утешение было лучшим из всех возможных. Хотя где-то в глубине души Авроре всё равно хотелось, чтобы Леон обнял её и прижал к груди, она понимала, что это непременно кто-нибудь заметит, и пойдут ненужные разговоры, слухи и сплетни. Нет, лучше уж так...
Наконец приступ прошёл, и Аврора осторожно отняла руку.
– Спасибо, – тихо проговорила она.
– Вашей вины в случившемся нет, – также тихо ответил Леон. – Да и моей, если уж на то пошло, тоже. Когда я нашёл Люсиль, она была уже холодна. Она умерла задолго до того, как я появился в лесу, – самое меньшее за час.
– Значит, из гостиницы она сбежала совсем рано, ещё в сумерках, – проговорила Аврора. – Постояльцы тогда ещё спали, хозяин, скорее всего, тоже, вряд ли кто-то что-то видел... Но я всё равно завтра отправлюсь в гостиницу и попробую расспросить слуг де Труа.
– А я попытаюсь напасть на след разбойников, – Леон кивнул ей и даже сумел ободряюще улыбнуться. – Удачи вам в завтрашнем расследовании, Аврора.
– И вам... Леон, – она была смущена неожиданным обращением по имени, но не стала его поправлять. Двери церкви распахнулись, оттуда один за другим выходили люди, и Аврора поспешила присоединиться к толпе.
Какие бы планы у неё не имелись на завтра, сегодня требовалось почтить память усопшей Люсиль де Труа.
