- Быстро домой! Зайдешь к профессору, у него накопились документы, поможешь разложить!
- Ну… Мам, я не хочу у него ковыряться… - заныла Элис, развернулась к Тому в поисках поддержки, но он подчеркнуто индифферентно разглядывал горизонт.
Элис отлепилась от Лисиного живота и, вздыхая, пошла в сторону маяка.
Лиса с упреком посмотрела на Тома.
- Ну чего ты, Лисенок, - тут же замурлыкал он, сграбастывая ее в объятия, - ну знаешь же, что не могу я ей выговаривать… Да и чего она там такого сделала?
- Но это же не в первый раз! Она заводит всех, они за ней идут безоговорочно! А Юл так вообще в рот смотрит!
- Моя девочка…
- Том! Не время сейчас для этого! Что будет дальше? Ей десять лет! Через пару лет мы будем от нее женихов отгонять?
- Нихера, - нахмурился Том, - какие еще женихи? Оторву все, что шевелится! И все это знают!
- Том, так тоже нельзя…
- Все, не дуйся, пошли, приляжешь… И какого нервничала?
Он мягко подтолкнул жену в сторону маяка, где они так и остались жить после рождения Элис.
Ни Том ни Ченни не могли представить себе более защищенного места.
Даже Диснейленд, нереально разросшийся и ставший, наверно, самым крупным поселением в стране, не казался им безопасным.
Том проводил Лису до их спальни, заглянул в лабораторию, где Барни, вообще не изменившийся за все десять лет, радостно гонял Элис по геометрии. Мастерски не заметил умоляющих глаз дочери и свалил от греха на берег.
Уже издалека приметил крупную фигуру брата, сидящего на их любимом месте.
Подошел, устроился рядом и какое-то время молча смотрел на закат. Красивый, очень красивый здесь, в Калифорнии.
- Ну че там? – раскрыл, наконец, рот Ченни.
- Сам знаешь.
- Не злится больше?
- Да она и не злилась. Чувствительный ты стал, братух. Стареешь, а?
- Да пошел ты…
Они немного попихали друг друга плечами, потом Том достал самокрутку, поделился с Ченни.
- Слышь, - тихо спросил Ченни, - а чего там за тема с мальчиками? Рано же еще…
- Конечно рано… Это Лисичка кипишует… Хотя… - Том вздохнул, - девчонка у нас – огонь… Глаз да глаз… Вон, увалень гоблинский рядом все трется…
- Надо разъяснить…
- Разъясним. Вот Лиса родит.
- Сука… - пыхнул самокруткой Ченни, - боюсь так, что аж в боку больно. Нихера не боялся ничего никогда, а вот тут уже во второй раз… И в первый-то чуть не помер прямо возле комнаты…
- И не говори, братух, не говори…
- Одно радует, проф на последнем исследовании выяснил, что, походу, вирус у меня правильно мутриует. Типа, делает ткани крепче, убивает всякую хрень внутри… Потому и здоровый, как конь. И вы тоже. Это, типа, такая реакция только у нашей семьи, чего-то там про гены предков тер, я не особо понял… Так что Лиса может еще десятерых родить, и , типа, все норм будет… Но я чего-то стремаюсь… Я после первых родов больше года в себя прийти не мог…
- Ага, я тоже, - поддакнул Том, вспоминая то времечко, - а Лисенок, главное, второго надо, второго надо… А какое там, второго? Когда я до сих пор ее крики вспоминаю! Я, бл*, седой весь от этого!
- Ну да… Но вот ведь упертая… Подловила нас все же, а?
- Да пи**ц, братух… Это мы с тобой тупари. Сдерживаться вообще никак…
- А как тут сдержишься?
- Никак, говорю же…
- Но все нормально будет, да?
- Я, бл*, не провидец, не знаю!
Ченни помолчал, а потом добавил:
- Элис говорит, что все норм будет.
- Ну и отлично. Она пока только с тобой про это говорит? Проф не в курсе?
- Не. Боится, что опять в лаборатории запрет и начнет изучать. Как в прошлый раз, когда она случайно гоблинского мелкого приподняла да шлепнула. Взглядом.
Том поморщился, вспоминая скандал.
Как приперлась Фокси, притащила гоблина на аркане, словно он чего-то сказать мог путное. И как потом их пацан вызверился и попросил прощения у Элис, что дразнил. И признал, что правильно она его приложила.
Тут-то все и заткнулись быстренько.
Фокси дала мелкому подзатыльник, правда, для этого подпрыгнуть пришлось, парень уже в девять лет выше нее был, Жан пожал братьям руки, попыхтел что-то приветливо Лисе, и семейство отправилось обратно в Диснейленд по темноте. Потому что, несмотря на то, что профессор сумел восстановить из крови Дженны сыворотку, снимающую эффект от первичного заражения, Жан ее вводить себе не дал. Так и вел ночной образ жизни, очень этим облегчая работу охраны периметра.
Братья сидели на краю обрыва, щурились на заходящее солнце, молчали. И накатывало такое умиротворение, спокойствие.
Тишина.
Шум волн.
Крики чаек.
Тихий, когда-то мертвый, но уже оживающий мир.
- Слышь, братух, а ты не думал никогда, чего там, за океаном? Есть там кто-то? – задумчиво спросил Ченни.
- Думал… - нехотя ответил Том, - в основном, о том, чего делать будем, если гости припрутся…
- А думаешь, может чего-то херовое быть?
- Все может быть. Элис надо спросить.
- Она пока так далеко не видит.
- Пока.
- Я думаю, к тому времени, когда чего-то там зашевелится, нам уже не будет конкурентов. Мне вот интересно, что за парень родится. Элис молчит?
- Пока да.
- Ну и ладно.
Они опять помолчали, думая каждый о своем и не подозревая, насколько похожи их мысли.
