Прошло десять дней с тех пор, как мы устремились на север. Все без исключения стремились как можно быстрее вернуться в Каэрию, так что останавливались мы лишь когда совсем темнело, а с рассветом продолжали путь. До обозначенной на карте последней точки оставалось примерно два часа пути, когда мы остановились на ночевку в большом селе, дружно решив, что поиск последнего прохода потребует ясных голов и полных силы тел. Договорившись хорошенько выспаться и не спешить с отъездом, разошлись по комнатам.
Когда мы с Сигни проснулись, солнце стояло уже высоко. Собравшись, спустились в зал, где застали наших спутников за ожиданием заказанной еды. Нас весело поприветствовали, а затем магистр Гаррод сказал:
— Ну что, осталось совсем немного! Надеюсь, мы эту точку быстро найдем и одновременно надеюсь, что она окажется не там, где отмечена на карте.
— Почему? — удивленно спросил Лан.
— Потому что она находится близ Каэрского тракта, главной дороги, связывающей Бариад с Каэрией, — пояснил магистр.
— Магистр, а кто предложил именно такой маршрут нашего путешествия? — спросила я, что-то в этой информации меня встревожило. Хотя понятно что: не проверить первым делом дорогу, ведущую из столицы Адарии — а именно ей был Бариад… Как-то это смахивало на саботаж…
— Хм, вообще-то маршрут нам прислали от канцлера Адарии, тара эр Годрена, — задумчиво ответил тот, — хотя вы правы, нари Алиэн, это странно. Логичнее всего было бы сначала обезопасить именно эту точку. Ладно, внутренняя политика Адарии не наше дело, так что завтракаем и убираемся отсюда!
Мы лишь переглянулись и дружно кивнули: если повезет, мы быстро найдем это проклятое место и уже завтра вечером будем в Каэрии…
Вставив ногу в стремя, я вдруг почувствовала, как виски на мгновение прострелило болью, а желудок скрутило. Впрочем, это ощущение ушло также быстро, как и возникло, так что я улыбнулась обернувшемуся ко мне Кэлу и вскочила в седло. Мы выехали за ворота и пришпорили лошадей.
Через час боль и тошнота вернулись. Сначала слабые и незаметные, они становились все сильнее, пока я наконец не осознала: я уже испытывала такое год назад, в том лесу у Эллориэсэля! Крикнув «стойте», я натянула поводья. Видимо, мой вид был вполне безумен, потому что меня тут же окружили друзья, молча ожидавшие объяснений. Однако магистр Гаррод оказался более нетерпеливым:
— Что случилось?
— Магистр, чем ближе мы к той точке, тем хуже я себя чувствую. Вот уже час меня мучает все нарастающая боль и тошнота, а это означает одно…
— Прорыв, — почти рыкнул Кэл, — близкий и скорый. Нам надо спешить! Лин, сможешь вести?
— Да, я помню, как делала это в прошлом году.
— Тогда вперед, мы следуем за вами, — кивнул магистр.
Мы пришпорили лошадей, пуская их в галоп. Сейчас было важно одно — успеть до открытия прохода. Однако нам не повезло… Оставалось буквально минут десять сумасшедшей скачки, когда я почувствовала то незабываемое ощущение: мертвая тишина, ощущение чуждости, и волна мерзкого ужаса, пришедшего от точки прорыва. Мы гнали лошадей, молясь лишь об одном: пусть на пути тварей не окажется людей. Но тщетно…
Мы на полном скаку влетели в самую гущу чудовищной бойни: твари, подобные тем, что шли в последних волнах год назад, безжалостно кромсали когтями и рвали зубами воинов, тщетно пытавшихся защитить своими телами какую-то карету. Как и год назад, командование принял Кэл:
— Лин, все, кокон по периметру атаки, поверх Огненный смерч! Магистр, они боятся только Огня, но ждите, пока мы поставим защиту!
Тренировки сделали свое дело: несколько мгновений, и мы соскакиваем с пятящихся в панике и бешено ржущих лошадей, на ходу сплетая кокон абсолютной защиты и отрезая им людей от тварей. Еще несколько ударов сердца, и поверх кокона раскручивается воронка Огненного смерча, подпитываясь от Воздуха и испепеляя лезущих на кокон тварей…
Не прошло и минуты, как все было кончено: твари превратились в пепел, огонь, потеряв подпитку магией, угас. Кэл кивнул:
Снимаем кокон, скорее! Их слишком много, могут задохнуться!
Расплетание заклинаний — ювелирная работа, намного более сложная, чем их плетение: если создание кокона заняло у нас секунд пятнадцать, то его уничтожение — две минуты. В этом и была проблема с защитными заклинаниями такого уровня, их нельзя было просто схлопнуть, не навредив защищаемому субъекту.
Когда кокон исчез, магистр Гаррод наконец подал голос:
— Проклятье, я вроде и понимал, что такое звезда, но видеть это воочию… Потрясающе! Ладно, надо разобраться с пострадавшими.
Навстречу нам направлялся немолодой подтянутый мужчина. Мы переглянулись удивленно: на нем был камзол королевской гвардии Адарии, причем явно офицера высокого ранга, сейчас располосованный когтями тварей, рукав был в крови, кровь капала и из раны на бедре. Подойдя, он низко поклонился нам:
— Примите мою искреннюю признательность, тары маги! Если бы не вы… За несколько минут из двух дюжин нас осталось шестеро, и выжили мы лишь благодаря вам. Могу я узнать ваши имена, чтобы знать, кого я должен благодарить за спасение моей госпожи, моих людей и свое?
