— Вы не очень-то вежливы, юный каллэ’риэ, хоть по сути и правы. Вот только есть один нюанс: в образе драконов у нас слегка меняются привычки и моральные принципы, так что обычные мерки в это время не вполне применимы. И в те времена женщина даже после насилия могла отказаться вступить в брак, оставаясь желанной для прочих драконов. Исключением было зачатие ребенка, в этом случае брак заключался вне зависимости от желания будущей матери. А вот брак через насилие появился много позже, после того как из-за одной жаждущей власти молодой драконицы с ипостасью чуть не погиб целый клан.
— Она что, стравливала драконов между собой? — потрясенно спросила я.
— Да, и весьма успешно, — вздохнул тот, — пользуясь притяжением как оружием. Поэтому такой обычай и появился, и поэтому мы стали отдавать наших девушек замуж все раньше, до возможности проявления ипостаси.
— И поэтому все чаще рождаются драконы, которые не обретают ипостась, — заключила я, — ну и история!
— Ну вас-то это уже не касается, — усмехнулся библиотекарь.
— И слава Богам! — с жаром воскликнула я, — спасибо за рассказ. А бороться с притяжением не пробовали? Например, создать амулеты?
— Нет, да и зачем? Простите за откровенность, тари, но нашим мужчинам проще жениться на молодой девушке, чем доказывать умной и сильной женщине, что они будут для нее достойной парой.
— Простите, тар Даррон, но это трусость, — покачал головой Кэл.
— Возможно, но многие века это всех устраивало, — грустно вздохнул тот.
— Тар Даррон, а что вы можете рассказать о радужных? — не вытерпела я.
— О них я почти ничего не знаю. После Катастрофы практически все упоминания о них были то ли утеряны, то ли специально уничтожены, остались только невероятно древние легенды. Одна из них гласит, будто в те времена, когда Аллирэн был юн, а Боги могли навещать его, юная драконица пленила самого Агньера, и ее дитя стало первым радужным драконом…
После его слов в библиотеке наступила тишина. Наконец я поднялась и поклонилась:
— Спасибо, тар Даррон, вы пролили свет на многие вопросы. Мне надо это обдумать.
— Удачи, тари Алиэн, — улыбнулся тот.
Мы вышли из библиотеки в полном смятении. Кэл посмотрел на меня и невесело улыбнулся:
— Хотели найти тихое местечко, называется… Лин, ты как?
— Нормально, в общем-то ничего принципиально нового для себя я не узнала. Все эти странности с драконьим притяжением меня больше не касаются, а насчет радужных… Легенда, не более!
— Зато очень хорошо объясняет две вещи: ярое нежелание Агньера видеть меня твоим мужем и силу твоего Огня.
— Но ты же знаешь, по крови я не радужная!
— А с чего ты взяла, что смертных с Богами роднит кровь? Магия куда больше для этого подходит!
Я вцепилась рукой в косу:
— Кэл, милый, давай не будем об этом? Пойдем в сад?
— Прости, ты права. Надеюсь, сегодня больше не будет никаких сюрпризов!
Увы, надеждам не суждено было сбыться. Все-таки глупость от расы не зависит… Мы как раз закончили обедать — сегодня нам составили компанию лишь Сигни с Эрвейном, наши парни где-то весело проводили время — когда из-за стола напротив донеслось громкое:
— Ну ладно эта девка замуж за одного из драконов собралась, но что драконица могла в остроухом найти? Наверное, такая же дура, как и все женщины!
Что?! Во мне вспыхнула ярость, но стихла, когда любимый накрыл мою руку ладонью и шепнул: «я сам». Эрвейн и Кэл встретились глазами и оба молча развернулись к насмешливо смотревшему на них дракону, до той минуты оживленно беседовавшему с Фаррэном. Тот усмехнулся в лицо моему мужу:
— Ну что, остроухий, вызовешь меня или побежишь к жене, чтобы она тебя защитила?
В зале раздался шепоток, а в лице наблюдавшего за этой сценой Главы мелькнул гнев и одновременно брезгливость. Так-так, а он не больно-то жалует этого самоубийцу!
— Вызвать можно равного, а насекомых я давлю, — ледяным голосом сказал Кэл и сощурил глаза. Воздушные плети в мгновение ока обездвижили мерзавца, распяв его на невидимом кресте, а воздушный кокон надежно защитил присутствующих от любых попыток того обратиться к магии.
— Тар Кэлларион, — окликнул его тар Ариэш, — что вы собираетесь сделать с этим идиотом?
— Пущу его полетать со скалы, — ровным голосом откликнулся Кэл, — без ипостаси. Или он вам зачем-то нужен?
— Да нет, не думаю, что-то в нем мне давно не нравится, — задумчиво произнес тот, вызвав шквал полных потрясения и страха взглядов подданных.
— Голова лишняя. Он ей всё равно не пользуется, — так же ровно ответил Кэл.
— Пожалуй, вы правы. Вы можете с этим что-нибудь сделать? И желательно побыстрее!
Глаза дракона расширились и он потянулся к Огню, но поздно: одна из плетей превратилась в клинок, отделив голову злосчастного от туловища. Кэл обвел взглядом зал и таким же ледяным голосом спросил:
— Есть еще желающие?
Ответом ему была гробовая тишина. Похоже, никто из них не ожидал от моего каллэ’риэ столь быстрого и жестокого ответа. Кэл удовлетворенно кивнул, опустив тело и голову дракона в стороне от столов, и сказал:
