— И куда вы меня везете? — нараспев проговорила Бакулина, оглядывая так знакомую Милославской агафоновскую глушь.
— Это, дорогая, называется Агафоновкой, — поучительно произнес Руденко.
— И никакая я вам не дорогая, — с обидой и зачем-то одергивая платье сказала Татьяна и опять погрузилась в молчание.
Яна с удовольствием вдыхала отличающийся от «центрального» воздух, врывающийся в салон через открытые окна. Этот воздух, как ей казалось, напаивал ее силой и здоровьем. Пахло травой, спелыми и спеющими фруктами, домом…
Гадалка приподнялась на сиденье.
— Джемма… Как она там? — тревожно проговорила она.
— Да все с ней в порядке, — сказал Руденко, боясь, что эта тревога ухудшит Янино состояние. — Вот, кажется, и приехали, — добавил он чуть позже, а остановившись, оглянулся на подругу: — Жива?
— Жива, — Милославская благодарно улыбнулась.
— Фу-у, — Три Семерки утер лоб рукавом, — ну и напугала ты меня!
Руденко рассмеялся, потому что почувствовал облегчение, уловив в Янином голосе знакомые здоровые нотки. — Ты это, если что, — тут же добавил Семен Семеныч серьезнее, — звони в «Скорую». Не терпи! И мне сразу звони — приеду.
— Да ничего-ничего, я поправлюсь, — сказала на это гадалка, махнув рукой.
Она притянула к себе свою сумку и открыла дверцу. Как только ноги ее ступили на землю, яркий свет фар подъезжающего сзади автомобиля ослепил ее. Милославская зажмурилась и заслонила лицо рукой.
— Ого! — воскликнул Руденко. — К тебе гости? Гони их в шею! Не до них тебе сейчас!
— Семен Семеныч, можно, я прислушаюсь к твоему совету как-нибудь в другой раз? — ответила гадалка, узнав машину Федотовых.
— Дело твое, — буркнул Три Семерки в ответ, повернув ключ зажигания.
— Сема, звони, — крикнула ему, наклонившись к окну Яна, почувствовав себя виноватой.
Голос ее за шумом двигателей двух автомобилей не был услышан, и Руденко ничего не ответил, резко тронувшись с места. Со двора послышался заунывный тоскливый и одновременно призывный Джеммин вой, а вслед за ним — радостный, нетерпеливый лай.
— Ну ты и штучка, Яна Борисовна, — покачивая головой, с чувством облегчения в голосе произнес Федотов. — Мы-то уж думали…
— Признаю, признаю, виновна, — не дала ему договорить Милославская, кивая.
— Не заболела? — Саша нахмурился. — Ты бледная.
— Нет.
— Что же ты не дала о себе знать? — радостно и одновременно с укором спросила Марина.
— Ой, Марина, когда расследование идет, как-то забываешь об этом, — в голосе Милославской зазвучала усталость.
— Вот тебе и дружба! — с шутливой обидой воскликнула Федотова. — Знаешь, как я переживала? — добавила она серьезнее.
— Представляю, — гадалка потупила взгляд.
— Так, — прервал женщин Саша, — нечего лясы точить, давайте к делу.
— Ну не тут же! — возразила Яна. — Давайте хоть в дом войдем…
Федотов открыл багажник.
— Вот! — заметил он, вытаскивая оттуда Янины сумки. — Весь гардероб у нас, а хозяйка…
— Ну идемте, идемте. Джемма вон как надрывается, — Милославская неторопливым движением открыла калитку.
Федотовы переглянулись и молча последовали за ней.
Джемма встретила хозяйку активным вилянием хвоста, стала метаться из стороны в сторону, тереться об ноги, поскуливать.
— Соску-училась, соску-училась, — протянула гадалка, поглаживая ее. — Ну ладно, — тут же обратилась она к собаке, — ты посиди тихонечко, а мне с людьми поговорить надо. Потом обязательно уделю тебе время. Договорились?
Собака тут же растянулась на полу, довольная хотя бы возвращением хозяйки.
Федотовы, улыбаясь, глядели на нее, умиляясь столь теплым отношениям человека и животного. Они до сих пор стояли у порога, на мгновенье забыв, зачем пришли.
— Ой, ну что же это мы? — воскликнула гадалка, только что вспомнив, что забыла пригласить друзей в дом. — Идемте в кабинет.
— Думаю, нам это не очень подойдет… — задумчиво протянула Марина, покосившись на мужа.
Тот подморгнул Милославской, а Марина достала из сумки бутылку красного вина.
— Товарищи, но обмывать-то еще нечего! — виновато воскликнула гадалка.
Федотовы посмотрели на нее с непониманием.
— Проходите наконец! Сейчас все объясню! — Милославская подтолкнула супругов в спины, усадив их к столу.
Марина выставила бутылку на стол, а в придачу к ней достала разные мясные и рыбную нарезки и пару апельсинов.
— Вас выгодно в гости приглашать, — шутливо заметила Яна.
Она открыла холодильник, выудила из него еще кое-что на закуску и тоже села к столу. Марина к тому времени скромно сервировала стол двумя высокими рюмками, тарелкой и вилкой для каждого.
— Эх, не знаю с чего и начать, — озадаченно протянула гадалка, в то время, как Саша наливал дамам вино.
— У тебя вид усталый, — тихо заметила Марина, глядя на подругу.
— Это пройдет, — бодро ответила Милославская, стараясь скрыть свое недомогание после гадания.
Яна пригубила вино и, немного помолчав, начала свой рассказ. Теперь она решила ничего не скрывать от Федотовых, выложив им все начистоту: свои подозрения насчет братьев Ермаковых, историю деревенских похождений и стычки с Татьяной.
