Гоблины с воплями исчезли в лесу. Эур, держа шест за середину, постоял, глядя им вслед. Затем обернулся. Глаза его едва не вылезли на лоб — у дерева, что служило ему защитой, стояла девчонка лет четырнадцати, лук натянут, стрела смотрит в живот наемнику.
От неожиданности Эур сел на землю прямо там, где стоял. Выронил шест. Выдавив из себя дружелюбную — насколько можно — улыбку, продемонстрировал пустые руки. Клинки, конечно, оставались невидимыми на перевязи под плащом, но это сейчас его не волновало. Теоретически, он мог бы легко обмануть полет стрелы, в гильдии учили и этому, преодолеть несколько шагов до лучницы и свернуть ей шею, но зачем?
Стрела чуть приопустилась, хотя острие все же было направлено в него. Однако тетива ослабла, насколько Эур заметил.
Он сам неплохо стрелял, но во-первых, не считал это своим призванием, в отличие от рукопашного боя, во-вторых лук требовал постоянных тренировок, а Эур уже не упражнялся где-то с месяц. Тем не менее, он отлично знал все премудрости лучника и моментально определил, что перед ним охотничий лук и охотничьи же стрелы, что, однако, никак не умаляло их достоинств, или, если угодно, опасности.
Девочка сделала два шага в его сторону, пристальный взгляд бледно-зеленых глаз уперся в Эура, словно пытаясь достать до глубин сознания.
— Ты идешь к Рувелу?
— Ну да, — ответил Эур, не моргнув. Отметил, что девчонка говорит на Общем наречии почти без акцента, не то что те обитатели Порубежья, с которыми ему доводилось общаться.
— А это что? — она указала кивком головы на татуировки, насколько Эур понял.
— Это? Это у нас принято так. Я с севера сам.
— Я вижу, — холодно ответила девчонка, но лук опустила, однако стрелу не убрала, а придержала указательным пальцем той же руки, в которой держала лук. Освободившуюся руку она важно уперла в бок. — А звать тебя как?
— Ишь какая шустрая, сразу тебе все подавай, — Эур улыбнулся самой доброй из своих улыбок, уселся поудобнее, скрестив ноги и вперился в глаза девочки. — Зачем тебе?
— Как зачем? Мне же надо знать, кого я спасла, — нахмурилась маленькая гордячка.
— Спасла? — хохотнул Эур. — То есть, ты не допускаешь, что я бы и сам справился?
— Ты-то? — девчонка презрительно вздернула уголок рта. — Я эту шайку уже три недели выслеживаю, чтоб ты знал! Они уже пятерых бродяг успели поймать за это время. И съесть, если тебе это интересно!
Эур поскреб зарсоший щетиной подбородок. Он подозревал гоблинов во многих грехах, но людоедство? Хотя это Порубежье, здесь может случится все.
— Прямо так и съели??
— Не веришь мне? Не веришь? — девочка повысила тон. — А я это своими глазами видела, понял? Сидела в кустах и чуть не сблевала, когда они человека начали резать на куски! Да что ты понимаешь вообще! Ты и сам-то чуть не попался им! Дурной ты! Если б не я, они бы и тебя растащили на куски!
— Ну ладно, пусть будет так, — Эур спрятал ухмылку, наклонив голову вперед. — Так что дальше?
— Совсем ты дурной! Я ж спрашиваю: как тебя звать?
— Зови меня Орант.
— Это не твое настоящее имя!
— Конечно нет. Но подумай сама: будешь-ли ты называть свое настоящее имя первому встречному?
— Я — да! — девчонка вызывающе вскинула голову. — Мне терять нечего.
— Серьезно? Ну присядь, поговорим.
— Нашел дуру! — сверкнула глазами девчонка. — Как же! Я сяду, а ты меня и схватишь. Или еще чего сделаешь.
— Да я и так это могу сделать, — наемник снова улыбнулся.
— Неужто?
— Конечно.
Эур проворно, как змея в броске, вскочил на ноги и одним махом ладони выбил у строптивой девчонки лук. Та не растерялась, отскочила назад на пару шагов, сжимая в руке непонятно откуда взявшийся нож.
— Не подходи!
— Я и не собирался. — Наемник снова опустился на землю. — Просто доказал тебе, а то ты ж не поверила бы.
Девчонка молниеносно подхватила упавший лук и приладила стрелу на тетиву.
— Фу-ты, и не надоело тебе? — Эур устало склонил голову набок. — Говорю же: кабы хотел, так уже давно б с тобой разделался. А теперь сядь и расскажи мне, что случилось.
Лицо девочки пошло пятнами. Она опустилась на колени; по щекам сбежали две слезинки.
— Они убили всех. Всех. Моих родителей тоже. Пытали их! — она разрыдалась.
"Черти полосатые, ну вот только этого не хватало"
Наемник, повинуясь неведомому порыву жалости, подсел поближе, прижал голову девочки к груди, и поглаживая, забормотал какую-то ерунду:
— Ну не реви, не реви, ты же вон сама воин, ну успокойся. Кто твоих родителей тронул? Я с ними разберусь, только не реви, а? Я тебя в обиду не дам…
— Это Вередот, это он все. Он тут самый сильный, у него рыцари, он все деревни грабит и… и людей убивает! — она снова зашлась в рыданиях.
