Виверн, почувствовавший смену Мишиного настроения, выполз из своего ненадежного укрытия. Юноша потрепал его по холке, успокаивая.
Финансовый советник со скорбью смотрел на эту картину, а потом махнул рукой, по опыту зная, что дальнейшие препирательства бессмысленны. Пожалуй, Михаил единственный перенял эту отцовскую черту: если уж что-то решил, по его мнению, важное, то гарпией с места не сдвинешь.
— Мы начали строить для тебя дом. Работы там осталось для команды мастеров на неделю, но с тех пор, как стало известно, что Виктор пропал, строительство остановилось. Изольда захотела задержать последнего птенца в гнезде. Завтра работы возобновятся. Тебе нужно что-то придумать на это время. Надеюсь, ты уже достаточно взрослый, чтобы не прятать подопечного в своей комнате. И на наш сарай не рассчитывай. Мама прилетает вечером, тебе стоит поспешить.
— Спасибо, — просиял молодой человек.
— Ты точно знаешь, что делаешь?
— Я получил разрешение князя, — ответил сын совсем не то, что отец хотел услышать.
Впрочем, тварь не протащена в город контрабандой — уже хорошо. В талантах младшенького отпрыска Степан Акимович не сомневался, а вот насчет их правильного применения министра финансов иногда терзали смутные сомнения.
Поиск жилья много времени не занял. В Радоре существовало лишь одно место, где их с Ло точно не сдадут матушке, выложив на блюдце все, что она захочет узнать. Маму Михаил искренне любил и расстраивать не желал, а вот ее длинный список, что достойно лорда, а что нет, следовало сократить как минимум на треть. В общем, проще не попадаться.
Изарин хмуро взирал на друга, напрашивающегося на постой. Виверн жизнерадостно скалился, демонстрируя клыки. "На зелья бы пригодились", — мимоходом отметил хозяин подворья. Да, зелья это хорошо (правда добровольно жертвовать зубами виверн не будет, а вариант отобрать силой Миша не оценит), но в ситуации требовалось немедленно разобраться. Один сарай подходит, другой не подходит… Или оба не подходят? Логика аристократов воистину неосмыслима.
— Сын министра финансов не может спать в сарае? — принялся уточнять ведьмак.
— Сын министра финансов может все, что угодно, — ответил Соколов, — но для сына финансовой советницы сарай, амбар и прочие подобные строения категорически неприемлемы.
Изарин неожиданно понимающе улыбнулся.
— Это "Да"? — с надеждой осведомился Михаил. — Я за вещами?
— А осмотреть помещение?
— А что на него смотреть? — фыркнул юноша. — Стены есть, крыша тоже. Ло, ждешь здесь. Вдруг матушка раньше вернется.
Ведьмак с виверном переглянулись.
— Устраивайся, — вздохнул Изарин, приглашая Ло за собой.
Уже ж пустил, что теперь говорить…
— Ничего себе, — изумленно присвистнул Соколов.
Пресловутый сарай был обителью Графа. Грифон ведьмака жил в двадцатиметровых хоромах с печью и нескольким лежаками, дощаной пол был покрыт толстым слоем соломы.
— Нам здесь нравится, правда, Ло?
Виверн блаженствовал. Тепло, сухо, мягко. Что еще нужно для счастья? Изарин хмыкнул и принес два матраса, набитых сеном.
— Я временно поселюсь с вами. А то вторглись на чужую территорию, потеснили, а так Граф будет рад.
Второй ходкой ведьмак притащил одеяла и подушки. Пригрозил грифону, нацелившемуся на чужое имущество.
После ужина компания стала устраиваться на ночлег. Виверн вытянулся на соломе и тут же пристроил голову на животе Михаила. Весила она немало, хотя что сделается стальному прессу финансиста? За физической формой юноша следил не хуже военных.
Пахло разнотравьем и едва уловимо грифонами и хвостатым новичком. Изарин погасил осветительный шар.
— Хорошо… Прямо как в детстве, — улыбнулся Соколов.
— Ты в детстве ночевал на сеновалах? — удивился друг, вспомнив несколько рассказов финансиста о леди Изольде.
— Нет-нет, что ты. Днем тайком пробирался. Я там искал луговых духов, стерегущих клады.
— Их же не существует.
— Поди убеди в этом ребенка. Ведьмак, опровергавший слухи о духах, утверждал, что инфляции тоже не существует. Разве после такого ему можно верить?
Уголки губ хозяина усадьбы дрогнули, намечая улыбку. Два месяца назад он не догадывался о существовании такого зверя, как инфляция, и не знал, с чем его едят. А теперь даже виды запомнил. Вот каким он стал умным.
Грифон подполз ближе, подумал и накрыл хозяина крылом. Изарин едва слышно вздохнул. Михаил приподнялся и повернулся в сторону друга.
— Ты можешь скупить пол-Радора, — тихо заметил ведьмак. — А вместо этого спишь в сарае с грифонами.
— Ты мне льстишь. Я заработал всего на полтора дома, и то небольших, не в центре. Правда, если облигации… — финансист замолчал, подсчитывая что-то в уме.
Изарин задумчиво глядел в темноту, впрочем, при желании он мог видеть ночью не хуже, чем днем. Миша ощутил: с тишиной что-то не так, какая-то она неправильная. Юноша негромко произнес:
— Зачем мне пол-Радора? Разве за деньги можно купить Ло? Или этот вечер? Или ты бы стал обучать меня магии ради монет?
— До сих пор не могу привыкнуть к акарамской знати. От вас не знаешь, чего ожидать.
Соколов фыркнул и попросил:
