А через пару-тройку минут до комнаты был сопровожден и Ивер. Поздоровавшись, дядя-некромант первым делом выпил кипяченого молока и присоединился к трапезе, с названием которой – для перекуса еды многовато, для завтрака-обеда или ужина слишком не совпадает время – я не стала даже мучиться.
– Как прошел визит в Двэр-фарвард, моя княгиня? – вежливо уточнил некромант, даже бровью не поведя в сторону нижней позиции теней. Сидят, ну и пусть сидят. Он их вообще как предмет интерьера воспринимал, не более того.
– Продуктивно, хоть и знойно, – поделилась я, вспоминая буйство лавы в громадной пещере. – Это их живое озеро магмы – воистину нечто! Удалось подвести основу путей и порталов через Шлайг. Теперь нужно только время и силы гверов Двэр-фарварда, чтобы пути окрепли и заработали в полную силу. По крайней мере, они больше не распадаются.
Я задумчиво погладила Архет, ставший за считаные дни не просто привычным аксессуаром, а неотъемлемой частью меня самой.
Дядюшка отложил двузубую вилку и нахмурился:
– Поправь меня, если ошибаюсь, Алира, но ты хочешь сказать, что ты и Архет были необходимы в пещере Шлайга для Двэр-фарвард так же, как в круге князей в Киградесе?
– Что-то вроде того, дядюшка, только у нас направляла и вела я, а в Двэр-фарвард мы работали в тандеме с Унгафом. Напрямую, без проводника – ро-гвера я не смогла бы воздействовать на первородную магму. Она – средоточие силы другого мира. Для влияния на нее надо родиться дварфом.
– Архет не просто артефакт – основа благополучия Киградеса, – не то спросил, не то констатировал Ивер и замолчал, ожидая продолжения или пояснения.
Я задумалась, собирая мысли с полок сознания, куда они укладывались при каждом очередном взаимодействии с уникальным кристаллом, а потом обобщила, сама отстраненно удивляясь сказанному:
– Архет – это эксперимент. Не высшим бестелесным сущностям, а разумной силе, заключенной в артефакте, переданы возможности и право регулировки потоков энергий в мирах и между мирами некоторой части нашей бесконечной Вселенной. Но сам по себе Архет на это не способен. Ему нужен носитель и живой проводник из плоти и крови расы реш-кери, как самый поддающийся воздействию на кровь. Одна из ветвей князей Киградеса обладала оптимальными зачатками требуемых для взаимодействия сил. Потому они и были выбраны носителями Архета.
– Благодарю, Алира, прежде я не владел подобной информацией, – отметил дядюшка.
– Гвенд тоже не знал этого. Архет не мог с ним связаться на достаточном уровне, чтобы объяснить, и прежние носители артефакта, те, кто еще понимал, как надо, не считали нужным оставлять инструкции по эксплуатации. Или, как вариант, те банально затерялись в веках, – пожала я плечами, потягивая вайс.
– Сколько этих миров под властью Архета? – мрачно справился Чейр.
Наверное, прикидывал, как в таких неподходящих условиях ему организовывать мою охрану, чтобы не стать кусочком в ларчике. И я тоже, хм, прикинула вслед за охотником и тут же скривилась от боли, прошившей голову благодаря очередному щедрому просветительскому посылу Архета. Однако на вопрос ответила.
– Это не константа, вернее, константна лишь основная гроздь миров, окружающих Киградес, остальные смещаются, то приближаясь, то отдаляясь, как мыльные пузыри в воздухе под ветерком, ветерками, меняющими направление. Как альвеолы легких, оплетаемые капиллярами путей, которые разносят живительную энергию и связывают миры, – начала я говорить и осеклась, чувствуя, как из носа сочится влага. Я что, простыла? И где? В Шлайге можно было только пропариться. Неужели за тридцать секунд на ветреном пятачке в горах? Ненавижу насморк! Эта пакость действительно не лечится одним махом никакими средствами. Присказку про неделю и семь дней не зря придумали[2].
Подняв салфетку, промокнула влагу и тупо уставилась на красное пятно.
Ну, есть две новости: хорошая и не особо. Что это не насморк – хорошо, а вот что кровь – плохо. Кажется, перенапряглась малость. Заговаривать придется, а на себя всегда плохо действовало.
– Алира, тебе дурно? – не на шутку встревожился Ивер, почуяв или увидев кровь.
– Сейчас пройдет, дядюшка, чуток перестаралась, – отмахнулась я. – Прямой выстрел в мозг – это болезненно, даже если не пуля, а информация прямиком от Архета. Мне урок! Сначала надо думать, а потом спрашивать.
Взволнованно дернулись эльфы по обе стороны от меня, а Чейр метнулся вперед и, поймав мой подбородок в захват цепких ногтей, запрокинул вверх голову. Хорошо еще, шею от усердия не свернул. Пока одна рука фиксировала, вторая легла на переносицу и обдала холодом. А потом хвостатый склонился и слизнул с моего лица кровь одним движением языка, издав при этом едва слышный стон удовольствия.
– Напился? – сварливо буркнула я, когда течь из носа перестало, и Чейр отстранился.
– Это другая жажда, моя княгиня, – протянул реш-кери, полуприкрыв сверкнувшие темным багрянцем глаза. – Другая нужда. Утолить до конца невозможно, лишь приглушить. А этим приглушить лишь на миг-другой.
