Не зная, как себя вести, девушка уставилась на экран. Какое-то время смотрела без интереса, но потом и сама не поняла, как происходящее на экране постепенно увлекло ее. Уже через пятнадцать минут она внимательно следила за сюжетом и даже предпринимала попытки отгадать, кто окажется убийцей.
— Я заказал тебе ужин, — услышав мужской голос за спиной, Полина вздрогнула, что не ускользнуло от цепкого взгляда Чёрного.
— Я не голодна. Да и уже очень поздно, я поеду, — больше всего на свете Полине хотелось, чтобы Захар смилостивился и отпустил её, но он подошел совсем близко, взял её дрожащую ладошку в свои руки и отрицательно покачал головой.
— Нет, маленькая. Сегодня ты остаешься у меня. Тебе ведь противно и страшно быть рядом? — лицо Черного тронула горькая усмешка, — так пусть это будет твоим наказанием.
— Захар, мне правда нужно домой…
— Я пальцем тебя не трону, Полина. Просто хочу, наконец, отдохнуть. У меня третью неделю бессонница, — Черный обхватил девушку за бедра и, легко, как пушинку, пересадил подальше, после чего улегся рядом и положил голову ей на колени.
— Спой мне.
Он силой приложил ладонь Полины к своему лбу и с тяжелым вздохом закрыл глаза, поэтому девушке ничего больше не оставалось, как пересилить себя и начать петь:
Сначала она выдавливала каждое новое слово с трудом, чувствуя себя крайне скованно и неуютно. Но потом смогла абстрагироваться от ситуации, и тихое пение полилось легче. Отвлекала только опасная близость Захара, но, к счастью, он очень скоро засопел, поэтому дальше Полина напевала уже гораздо спокойнее.
Иногда Чёрный вздрагивал, поэтому девушка невольно бросала короткие взгляды на его лицо и машинально отмечала про себя изменения во внешнем виде монстра. Черный похудел, даже осунулся, а серые тени, пролегшие у него под глазами, придавали лицу болезненный вид. Неужели этого холодного злого человека, что-то мучает помимо бессонницы?
— Ну и пусть… Все свои беды он заслужил, — подумала Полина и замолчала.
Всё повторилось, как и в прошлый раз: она снова попыталась высвободиться, но Черный прижал её к себе спиной крепко обнял, уткнувшись носом в макушку.
— Захар…
— Ммм? — в сонном голосе Чёрного появилась легкая хрипотца, и это совсем не понравилось Полине.
— Отпусти, пожалуйста, мне нужно в ванную.
Было очевидно, что Захар совсем не хочет выпускать её из своих рук, поэтому девушка предприняла новую попытку:
— Мне очень нужно в туалет.
Тяжелый вздох и уже через мгновение Полина, как ошпаренная, слетела с мягкого дивана и почти бегом направилась в сторону ванной. Найдя нужную дверь, она прошмыгнула внутрь и попыталась закрыть замок, но в дверях тут же возник Черный. Он молча сунул ей в руки полотенце, сложенную футболку и шорты, после чего развернулся и направился обратно в гостиную, в которой настойчиво звонил его телефон.
Белова не знала, сколько времени провела в ванной, но вещи Черного не надела, решив остаться в своем. Какое-то время рассматривала свое бледное лицо в зеркале, потом долго мыла руки и умывалась прохладной водой. Внутри у Полины теплилась надежда, что Захар забудет о ней или уснет, но настойчивый стук в дверь развеял все сомнения. Он теряет терпение. Придется выходить.
Как только она приоткрыла дверь, то сразу попала в цепкие руки Чёрного, который сразу потащил её на кухню.
— Я не голодна, — начала было она, увидев гору пакетов с логотипом местного ресторана, но тут же прикусила язык, увидев как заходили желваки на скулах Захара.
Наверно стоило есть молча, но Полине было жутко неловко сидеть на неуютной чёрной кухне и медленно жевать спаржу под суровым мужским взглядом, поэтому, она, с трудом проглотив очередной кусок, пробормотала:
— Может чаю?
— У меня нет чая, — бросил Чёрный и добавил уже немного мягче, — есть кофе.
Полина покосилась на большую кофемашину и отрицательно покачала головой:
— Не люблю кофе. Если и пью капучино, то крайне редко, потому, что потом не могу уснуть.
— Вот и я тоже никак не могу уснуть, — Полине показалось, или он говорил совсем не о кофе?
Под пристальным суровым взглядом она ёжилась и робела еще больше, совершенно не понимая, чего от нее ждет Захар. Несмотря на то, что между ними впервые произошло подобие нормального разговора, её желание сбежать становилось все сильнее. Вот только Полина совершенно не представляла как это сделать, если монстр стоял напротив, облокотившись на каменную столешницу, и следил за каждым её движением.
