Но в глубине и на вершинах своего творчества, там отпадало всё наносное и выступало абсолютное, он изменял своим журнальным программам и публицистическим тенденциям. Достоевский как художник и мыслитель в мелькающих обрывках своих страниц неожиданно обнаруживает глубокое влечении к сложным сущностям библейского духа [ГРОССМАН Л. П. (I). С. 167].
В заключение этой главы отметим еще несколько примечательных исторических фактов, касающихся отношения к личности Достоевского. Похороны Ф. М. Достоевского (31.01.1881 г.) вылились в событие огромного общественного значения. Однако никто из самых видных поэтов того времени, состоявших с ним в дружеских отношениях, — ни Яков Полонский, ни Аполлон Майков, ни Алексей Плещеев[549], не откликнулся на его кончину в стихотворной форме — см. [ДоВПК], [КАТКОВА], как — отметим, того требовала русская культурная традиция. Это выглядит, по меньшей мере, странно, поскольку сам покойный писатель всегда превозносил их лирику. В своих письмах, например, он называл Полонского «бесценным другом», а в романе «Униженные и оскорбленные» почти полностью процитировал полюбившееся ему стихотворение поэта «Колокольчик». И о петрашевце Плещееве[550], которому он посвятил свою повесть «Белые ночи» и который стал прототипом Мечтателя в этом произведении, он также отзывался с большой похвалой: «Плещеев — хороший поэт, и стихи его большею частью — прекрасные стихи»[551]. А вот, что он писал Аполлону Майкову по поводу одного из его стихов 11 (23) декабря 1868 г.:
Ваше: «У часовни» — бесподобно. И откуда Вы слов таких достали! Это одно из лучших стихотворений Ваших, — всё прелестно, [БИТЮГОВ].
Из числа знаменитых поэтов-современников Достоевского его кончину отметил только Семен Надсон, самый значительный после Некрасова представитель направления
Напомним, что Надсон, в советскую эпоху практически выпавший из истории отечественной литературы, пользовался исключительной популярностью в широких слоях тогдашней интеллигенции. Как «поэт скорби и печали» он, помятуя о своих еврейских корнях[553],[554], декларировал глубокое уважение к еврейству, — см. его знаменитое стихотворение «Я рос тебе чужим, отверженный народ.», цитируемое в Гл. III. Ниже приведены отрывки из стихотворения Семена Надсона
Из всех поэтов «Серебряного века» единственные два лирических шедевра среди нескольких стихотворений, посвященных-Достоевскому[555], принадлежат Владимиру Сирину (Набокову):
