Хаббард присвистнул, мгновенно поняв перспективы такого хода. Необъезженный омега, с которым даже на люди показаться стыдно, не говоря уже про то, что будет дома твориться. А если пустить потом слушок, что супруг Кендалла умеет читать и не слушается мужа, — заносчивого ублюдка все на смех поднимут. Особенно альфы… Да и беты тоже. Не потому, что им смешно, а потому что они постоянно носятся с идеей, что пусть и не могут рожать детей, но несравненно выше омег в интеллектуальном плане. Эта новость могла обрадовать разве что самих омег, но они, к счастью, права голоса на выборах не имели. Следующей промелькнула мысль о том, что можно будет сыграть и на бесплодии дикарёнка. Вернее, не так, на бесплодии Кендалла. Лоренс-то по всем документам здоров. Если повязать омегу в период эструса, беременность возникает всегда, а если к декабрю, к моменту выборов, этот Лоренс не забеременеет (а так и случится), то можно пустить ещё один мерзкий слушок. Ничто не ударяет по имиджу альфы так, как сомнения в его мужской силе.
Хаббард в уме уже потирал руки. Отличная идея: подсунуть Кендаллу это исчадье ада, а потом выставить на посмешище. Кендалл, конечно, может потребовать замены, но пока вся эта канитель, обмен претензиями и письмами, возможно, суд, наступит срок выборов. И к ним Кендалл подойдёт с изрядно пострадавшим имиджем.
Хаббард вышел из-за стола и прошёлся от окна до дверей, потом, резко развернувшись, обратно. Мелочно… Но раз омегу всё равно придётся выдать, почему бы не воспользоваться шансом подпортить конкуренту рейтинги?
— А что делать с развлекательным центром? — спросил он Клэя. — Кендалл не примет омегу оттуда. Поменять записи о перемещении в досье не так-то просто, они много где дублируются.
— Не будем ничего менять. Скажем, что произошла накладка, и его направили в развлекательный центр вместо другого омеги, на месте ошибку обнаружили, и он там просто немного пожил… Например, ждал группу для отправки в Нью-Йорк. Придумаем что-нибудь… К тому же, любой врач подтвердит, что у Лоренса никого не было, — Клэй зло осклабился, вспомнив вчерашний вечер.
— Хм… Кендалл может придраться к тому, что омега вырос с родителями, а не воспитывался в центре.
— Откуда он узнает? Бюро не раскрывает информацию о происхождении омег после дела Уилкокса.
— М-м-м… Хорошо, — протянул Хаббард.
Он последние двадцать лет мало интересовался омегами и связанным с ними законодательством, но не мог не слышать про то, что Бюро добилось закрытия информации о настоящих семьях омег после нескольких случаев, когда альфы помогали своим супругам найти родителей и встретиться с ними.
— Ладно, Клэй, я сегодня поговорю с кем надо насчёт твоей идеи. Но мне она нравится, — одобрительно закачал головой Хаббард, вернувшийся за стол после нескольких кругов по кабинету. — Раз уж Кендаллу нельзя отказать, пусть получает…
— Только не тяни, если мы хотим подсунуть ему этого Лоренса в летнее распределение.
— Нет, мы тянуть не будем, — пообещал Хаббард, добавив: — А ты толковый альфа, Клэй!
Клэй пожал плечами, словно услышал что-то само собой разумеющееся, и пошёл к дверям.
— А не жалко тебе расставаться со своей парой? — спросил вдруг начальник.
Клэй обернулся:
— В каком смысле?
— Ну, он же тебя пометил, омега этот, — прыснул Хаббард. — Значит, вы теперь истинная пара.
Клэй так стиснул зубы от ярости и унижения, что дёсны заныли. Хаббард ещё и смеётся над ним! И ведь наверняка присвоит идею себе.
***
Кендалл не поверил своим глазам, когда, достав из красного конверта лист с эмблемой Бюро воспроизводства, прочитал, что его заявление одобрено.
В самом конце сообщения были указан возраст омеги (девятнадцать лет, всего девятнадцать, хотя Кендалл был готов смириться и с сорокалетним, предполагая, что Бюро подсунет ему супруга на грани репродуктивного возраста), количество рождённых им детей (ноль) и количество предыдущих партнёров (тоже ноль). Кендалл был слегка удивлён, что девятнадцатилетний омега не был повязан, но слышал, что такие случаи бывали: некоторые достигали возраста воспроизводства чуть позднее, кто-то мог получить травму и из-за этого пропустить несколько распределений, кто-то мог иметь настолько уникальный генотип, что ему трудно было подобрать пару.
В самом низу листа были два поля, защищённые специальной полоской. Кендалл стёр её: там были логин и пароль на сайт Бюро воспроизводства, где он мог узнать детали.
