Вторая – её сторонниками были руководители Главкосмоса – предусматривала полноценное участие пилотов из других стран в проведении полётных экспериментов и управлении космическими аппаратами. На совещании-«междусобойчике» в узком кругу «посвящённых» Сергей Павлович Королёв пояснил Хрущёву свою позицию следующим образом:
– Если мы будем наших союзников просто «катать», это только задержит нашу собственную космическую программу. Если же они будут полноценно задействованы в ходе всех полётных экспериментов, то «всем миром» мы будем быстро продвигаться вперёд, а у союзников не будет возникать ощущение, что они для нас – бесполезный балласт. Сейчас у нас намечены первые полёты по программе «Интеркосмос». Первоначально они преследовали только идеологические цели, но Мстислав Всеволодович предложил вариант, который позволит нам уже сейчас существенно продвинуться в отработке системы сближения для последующей стыковки.
– Это как? – тут же спросил Никита Сергеевич.
– В «той» истории мы проводили групповой полёт «Востока-3» и «Востока-4», – напомнил академик Келдыш. – Сначала запустили Николаева, а через сутки точно подгадали момент, когда «Восток-3» проходил над космодромом, и запустили Поповича. Повторяемость орбит позволила сблизить корабли настолько, что космонавты видели друг друга невооружённым глазом и могли свободно переговариваться по радио. Конечно, потом корабли разошлись, но задача полёта была выполнена.
Сейчас у нас запланированы два старта – из Индии и из Французской Гвианы. Но космодром Шрихарикота лежит в 13 градусах севернее экватора, а Куру – в пяти градусах севернее, и у них большая разница по долготе. Нам придётся запускать «Север-4» с задержкой, чтобы они встретились в космосе, не прибегая к ухищрениям, вроде сложного орбитального маневрирования.
– И как же вы собираетесь их сблизить? – спросил Хрущёв.
– За счёт более мощного носителя «Союз-2.3» и запуска с космодрома Куру вблизи экватора у нас есть запас по полезной нагрузке, – пояснил Королёв. – При старте с Шрихарикота запас тоже есть, но меньше. Поэтому мы запустим не обычные корабли «Север», модификации 3КА, а переходную модель 3КБ, с приборным отсеком и системой маневрирования от будущего «Союза». Заодно и отработаем некоторые системы.
– То есть, корабль Николаева – это что-то среднее между «Севером» и «Союзом»? – уточнил Первый секретарь.
– Да, он оснащён запасом топлива, двигательным комплексом, системами маневрирования и сближения, как у «Союза», но орбитального отсека и стыковочного узла у модификации 3КБ ещё нет.
Никита Сергеевич уже успел посмотреть новый мультфильм Котёночкина и Миядзаки (АИ), где, среди прочего, разъяснялись на понятном даже ребёнку уровне особенности орбитальных манёвров, и потому понял с полуслова.
– Вы хотите запустить из Куру Николаева с задержкой по времени, чтобы их корабль взлетел в тот момент, когда «Север-3» будет проходить вблизи космодрома?
– Именно, – улыбнулся Келдыш. – Не зря, значит, мы Вячеслава Михайловича (Котёночкина) консультировали. Куру и Шрихарикота разделяют по долготе примерно 132 с лишним градуса, это 0,36 от окружности Земли. Чтобы синхронизировать орбиты, нам придётся запускать корабли в разное, очень точно рассчитанное время. В «той» истории подобная задача была успешно решена в ходе полёта «Союз» – «Аполлон». Экипажу Николаева придётся немного поманеврировать, поэтому на кораблях серии 3КБ увеличен запас топлива.
– Отработка орбитальных манёвров нам очень пригодится, – добавил Королёв. – Прежде всего, мы получим необходимый опыт маневрирования, точного расчёта орбит, который понадобится для дальнейших совместных полётов, и с французами, и с индийцами, и с американцами, если с ними удастся договориться.
На будущее, мы планируем запустить беспилотный корабль с новой дополнительной четвёртой ступенью – блоком «Д». Отработка полёта с разгонным блоком открывает возможность отправки корабля для облёта Луны. «Союз-2.3» для такого полёта слабоват, но летом мы планируем впервые запустить «Днепр», пока – в варианте одиночного УРМ. И вот его как раз хватит для такого полёта.
– Вот это да! – обрадовался Никита Сергеевич.
– Не в первом полёте, конечно, – окоротил его энтузиазм Главный конструктор. – Только после тщательной отработки. Но «Днепр» технически проще, чем «семёрка», он сделан по той же идеологии, что и Р-9, ГР-1 и «Союз-2.3», только «отмасштабирован» под более мощные двигатели. У него на первой ступени всего 7 камер сгорания, а у «семёрки» – двадцать, не считая рулевых. Поэтому можно рассчитывать, что мы его отработаем за пару лет. Потом отправим вокруг Луны пару беспилотных кораблей «Север», и если всё пройдёт удачно, можно будет облететь Луну уже с экипажем. Возможно, уже в 1963-м. В ходе облёта экипажи смогут сделать высококачественные снимки лунной поверхности, и осмотрят её собственными глазами. Это поможет выбрать район для будущей безопасной посадки.
