Помимо ее благотворительной деятельности, о которой рассказал мне Бивел (как и следовало ожидать, в пользу оперы и других известных оркестров и учреждений культуры), Милдред спонсирует стипендии для студентов в области искусств и наук, расширяет библиотеку и создает серию грантов. Со временем она набирается смелости, и в ее распоряжении появляется все больше средств. Она уже не просто поддерживает библиотеки, а строит их. По датам на ее отчетах и некоторых письмах становится ясно, что создание Симфонического оркестра Олбани должно быть напрямую связано с ее вкладами.
К 1926 году большинство пожертвований осуществляется, по-видимому, уже через Благотворительный фонд Милдред Бивел. Это может объяснять, почему ее личные финансовые записи редеют с этого момента. Я помню, как Эндрю рассказывал, что создал фонд для жены. Он говорил об этом как о подарке. По его словам, он сделал это для того, чтобы как-то упорядочить импульсивные и хаотичные пожертвования Милдред. Он утверждал, что делал пожертвования и управлял фондом, стараясь обуздать благотворительное расточительство жены. Но эти документы показывают прямо противоположное — Милдред предстает вдумчивой и методичной филантропкой.
Когда я добираюсь до переписки, то понимаю, что она составляет основной объем архива Милдред: шестнадцать папок с письмами, адресованными миссис Бивел. Ни одного написанного ею. Я открываю конверты вполне бессистемно и исследую содержимое. Там по большей части благодарственные письма. Музыканты со всей страны благодарят ее за пианино, виолончели и скрипки; дирижеры из маленьких городов благодарят ее за инструменты и финансирование их оркестров; мэры и конгрессмены благодарят ее за филиал библиотеки; письмо от губернатора Эла Смита с благодарностью за гуманитарное отделение Государственного университета Нью-Йорка в Трое.
После краха 1929 года я отмечаю изменения в настроении некоторых писем. Помимо заботы о культуре, Милдред, очевидно, оказывает помощь тем, кто лишился всего из-за кризиса. Теперь ее внимание сосредоточено на жилье и займах для бизнеса. Ей пишут владельцы фабрик, магазинов и ферм, сообщая, как сильно полученные средства помогли им и их сообществам. Но эти письма блекнут перед возобновившимися излияниями благодарности от тех бенефициаров, к которым Милдред благоволила раньше: библиотек, музыкальных учреждений, университетов.
