— Нам будет очень трудно, — он прижал мою голову к своей груди и поцеловал в макушку. Потом заставил усесться на кровать, все серьёзные разговоры у нас проходили на ней... — Мы будем постоянно друг друга недопонимать, но, наверное, это нормально, мы же выросли на разных планетах. Виктория, я уже давно сказал, что я твой. Я признал тебя парой. Это значит, что мы будем вместе во что бы то ни стало. Я могу предложить разные сценарии нашего будущего, но условие одно: мы вместе. Рядом с тобой всегда будут твои родные, я это понимаю, и хочу принять их в свою семью. Пойми и прими, что я не оставлю тебя.
Эти слова звучали так нереально. На глазах навернулись слёзы облегчения, и я почувствовала себя малолетней дурочкой. Сама придумала, сама расстроилась, сама обиделась... Ну или без "обиделась".
— Я и хочу, чтобы эта экспедиция поскорее закончилась, и не хочу одновременно, — прошептала я.
— Устала? — понял меня Хикс.
— Угу, — вздохнула я.
— Тогда у меня для тебя есть предложение... — после недолгих раздумий заинтриговал меня Хикс. Я посмотрела на него с интересом, а он хитро улыбнулся. — Это должно было стать сюрпризом для тебя и твоего начальства, но раз порадовать тебя нужно именно сейчас... Подожди одну минуту — он поднял палец вверх, а потом стал быстро набирать что-то на своём планшете.
Уже скоро он оторвался от гаджета, чтобы торжественно произнести:
— Мы летим в музеи!
Глава 26
Виктория
На лицо против воли наползла улыбка. Его слова о музеях звучали абсурдно, но как я успела заметить, Хикс слов на ветер не бросал.
— Какие музеи? — осторожно поинтересовалась я.
— Разные, — просиял атлант. — Я пока сам не знаю точно в какие. Возможно, это будут научные институты при музеях. Лирион выторговал возможность самому передать найденные под водой артефакты. Один он не полетит, а я не могу оставить тебя без защиты.
Железная логика...
— И когда мы полетим? — спросила я, представляя, насколько будет зол мой начальник. Получается, не успела я вернуться и снова исчезаю, бросая работу... Да, главные испытания проведены и задокументированы, но осталось много рутинной работы, которую кто-то должен выполнить.
— Завтра. Лирион решает вопросы, связанные с передачей. Твоё присутствие уже оговорено.
Но, как оказалось, оговорено наверху, а с моим начальством не посоветовались. Я стояла в кабинете господина Горнора, как нашкодившая девчонка, пожимая плечами на его резонные вопросы:
— Вайс, ты меня режешь без ножа! И своих коллег, кстати, тоже, потому как именно им придётся взять твою нагрузку на себя. И это учитывая, что у них совсем другая сфера деятельности. Ну, раз дали приказ, лети, что я могу поделать... Но! Когда вернёшься, подобьёшь всё, что пропустила, в общий отчёт. И сделаешь подробный доклад!
Как ни странно, начальник не выглядел раздражённым, это была скорее напускная строгость.
Эта рабочая смена стала последней в рамках данной экспедиции, но пойму я это гораздо позже...
Хикс
Пришло время торговать лицом... Лириону повезло, ведь изначально он должен был передавать найденные артефакты и участвовать во всех организованных мероприятиях в сопровождении наших высоколобиков, нудных и слабосильных. Ни поболтать от души, ни спину не прикрыть. Он в центре внимания, они — молчаливой тенью за плечом. Теперь всеобщее внимание будет рассеиваться между нами тремя, включая Викторию. Зная о врождённом любопытстве людей — впрочем, атланты этому тоже подвержены — я заранее сочувствовал своей паре. Возникнет масса вопросов от "кто она такая и что делает в обществе инопланетников?" до "какую воду предпочитает избранница одного из атлантов?".
Но что поделать, это часть плана, которому мы следуем — чтобы жить бок о бок с землянами, нужно как можно чаще появляться на публике. Возможно, именно наша изоляция породила множество мифов, гуляющих среди землян. Мы несколько лет общаемся только с политиками и военными, упуская контакт с гражданским населением.
Теперь же в планах, что называется, "выйти в народ"... Надеюсь, народ это оценит.
Виктория
Я понятия не имела, на что соглашаюсь...
Как только мы прилетали к первому институту при музее археологических ценностей, нас обступили представители научных сообществ и политики всех мастей, а многочисленные репортёры старались заснять всё происходящее со всех возможных и невозможных ракурсов.
К слову, никто не видел, какие именно экспонаты мы передаём: они были запечатаны в глухие короба с сухими пометками о содержимом. Это была вынужденная мера, ведь воздействие окружающей среды может оказаться для них губительным. Артефакты долгое время пролежали на дне моря, и сначала пострадали от морской воды, но после наоборот — надёжно законсервировались.
Жаль, что я не смогла даже одним глазком взглянуть на сокровища, поднятые с морского дна, но душу грело то, что я принимала непосредственное участие в их обнаружении. Первые экспертизы артефактов были проведены в лабораториях нашей плавучей базы, но они будут далеко не последними.
