– Хару, я тебя не вижу! – в отчаянии кричу я. – Говори, направляй меня голосом!
– Я здесь, внизу!
Свечу фонариком в какую-то нишу и вижу пару глаз, глядящих на меня сквозь узкую щель.
– Э-это ты?
– Да! – хрипит Харуто.
Радость, облегчение, благодарность – эмоции взрываются в душе с мощностью сверхновой.
– Я нашла тебя! Я правда тебя нашла! – задыхаясь, я складываю руки в молитвенном жесте. – Спасибо, Майя! СПАСИБО!
– Я не могу выбраться! – паникует Харуто. – Слишком узко!
– Ты не ранен? Болит что-нибудь?
– Я… вроде бы нет. Н-не знаю. Мне так жарко! – он тяжело дышит. – Пожалуйста, помоги!
– Сохраняй спокойствие, Хару-чан. Вместе мы справимся, – просовываю в щель мизинец. – Обещаю.
Харуто переплетает свой палец с моим:
– Спасибо, Малу. Я очень рад, что ты здесь.
Выпрямившись, с фонариком осматриваю шкафы, поймавшие Харуто в ловушку, похожую на саркофаг.
– Есть хорошие новости, – говорю я. – Ни один из шкафов не держит стены.
– Опиши, что тебя окружает?
– Дерево, – кратко отвечает Харуто. – Много дерева.
– Чудесно, – бормочу я, не понимая, что делать с этой информацией.
Ощупывая, обхожу тяжёлые шкафы кругом. Фонарик мигает.
– У тебя есть идеи? – чуть не плача, спрашивает Хару.
– Грубая сила.
– Что?
– Я буду трясти шкафы, пока всё, что застряло между ними, не придёт в движение. Так у нас получится сделать проход.
Братишка в страхе скулит.
– Знаю, там внутри мало места, но я хочу, чтобы ты лягался. Пни хорошенько по тому, что находится за тобой – бей изо всех сил!
Отложив телефон, встаю в стойку.
– Готов?
– Н-нет, – пищит Харуто.
– На счёт «три»! Раз… два… три! – налегаю всем весом на громоздкие шкафы и командую: – Давай, Хару, пинайся!
Он слушается – гора мебели дрожит.
– Отлично! Продолжай! – воплю я, прижимаясь к дереву. – Продолжай в том же духе!
Мышцы гудят от напряжения.
– Получается! – кричит Хару, и я слышу, как катятся обломки.
Стараюсь изо всех сил, в спине громко щёлкает.
Глаза вот-вот выскочат из орбит. Кожу головы покалывает, костяшки на руках побелели.
– Малу! Малу! – кто-то дёргает меня за футболку. – Прекрати, больше не нужно!
– Харуто! – вскрикиваю я, в изнеможении падая на колени.
Харуто обнимает меня, и мы оба заливаемся слезами.
– Как ты меня нашла? – всхлипывает он.
– Сложно объяснить, – икаю я, ещё крепче обнимая Харуто. – Кое-кто указал мне дорогу.
– Произошло землетрясение?
– Да, очень сильное.
Харуто смотрит на меня: на лице у него написан страх.
– Мама с папой живы? Ая?
– С ними всё хорошо, – я глажу его по влажным волосам. – Они вне себя от беспокойства и ищут тебя.
– А где мы?
Вспоминаю иероглифы, написанные в воздухе Майей:
– Где-то глубоко под землёй. Времени всего ничего, аккумулятор на телефоне скоро разрядится, и станет темно.
– Ч-что нам делать?
Протягиваю ему телефон:
– Посвети на пол передо мной.
– Что ты ищешь? – интересуется Хару спустя несколько минут. Я, как одержимая, копаюсь в грязи.
– Это! – трясу в воздухе металлическим прутом. – Не хватает только…
Чуть погодя кладу рядом с братишкой кусок листового железа.
– А теперь ты что делаешь? – шепчет Харуто, следуя за мной фонариком. Поняв, что происходит, он испуганно вскрикивает.
– Прости, – бормочу я. – Не хватает духу бросить его здесь.
– Это м-мой друг. Его зовут Коки, – лепечет Хару. – Он мёртв?
Ничего не отвечаю, лишь прижимаю Харуто и Коки ближе к себе. В последний раз смотрю на телефон и говорю:
– Ещё один процент.
Не знаю, сколько времени я стучала штырём по куску железа, молясь о том, чтобы снова увидеть свет дня. Не знаю, как часто мысленно произносила имя Кентаро, чтобы не позволить отчаянию захватить себя. Не знаю, сколько раз вспоминала поцелуй, пока ёкаи мрака подступали всё ближе и ближе.
Знаю только, что земля над нами однажды разверзлась. Знаю только, что плакала от счастья, когда нас поднимались наверх на мягких носилках. Знаю только, что всё это время смотрела в бескрайнее синее небо, думая об улыбке Майи.
Веки слиплись, вижу лишь блестящие смазанные полосы. Протираю глаза и от души зеваю. Тело удивительно лёгкое, будто сахарная вата в невесомости. Подушка мягкаямягкая, матрас, на котором я лежу, бесконечно уютный. Слышу собственное хрюканье и смеюсь.
– Майя, это ты? – восклицаю я.
– Нет, это я, Ая.
– Ая, – счастливо бормочу я. – Разбуди меня, пожалуйста, завтра в десять сто три часа?
– Ладно.
– Мне срочно нужно в Ё… Ёло… В парк Ёёги.
– Сначала тебе надо отойти от лекарств. Врач прописал сильные обезболивающие.
– Но мне совсем не больно… И нечего
– Всё решаемо. В крайнем случае позаимствуем сексуальный костюм медсестры.
– Доктор Кай, – с тоской вздыхаю я. – Хочу с тобой… тофу.
– Чего-чего?
– Хочу раздеть тебя и… тофу.
– Понятно, тебе срочно надо поспать.
Издаю булькающий смех.
