Место разреза расширилось, испуская из себя ещё больше крови. Изнутри протиснулись мокрые волосатые лапки, затем показались восемь чёрных глазок с клыками под ними и огромное брюхо. Одни за другим пауки полезли изнутри, заполняя собой всё вокруг.
Чувство самосохранения вышибло Настю из панического транса. Она опомнилась и побежала в сторону люка. Членистоногие как волна во время прилива, накатывали со всех сторон, едва касаясь пят. Сотни или тысячи постукивающих лапок превращались в один единый поток, шум надвигающейся опасности. Мерзкий, щекочущий ухо и пробегающий под лопаткой шум.
Женщина едва успела коснуться ногами ступеней, как двадцать четыре огромных чёрных глаза уставились на неё, щёлкая клыками. Послышался короткий вскрик. Нога соскользнула, и Настя рухнула вниз. Глухой стук отразился от стен. Обмякшее тело распласталось на полу между спален. Она приподнялась и аккуратно упёрлась на руки. Голова раскалывалась, стены плющило, а пол уезжал в сторону. Нога тоже болела, видимо растяжение или вывих. Пауки вроде как не стали гнаться за ней вниз, но и давать им фору не стоило. Поэтому женщина собралась с силами и приподнялась, опираясь на стену.
– Эрик!
Попыталась позвать мужа, но никто не ответил.
– Эри-ик! – с всхлипами повторила попытку.
Хромая, она добралась до двери в спальню и ухватилась за дверную ручку. Вывихнутая лодыжка подвела её и вместе с раскрывшейся дверью, женщина повалилась на пол. Под обнажёнными ногами почувствовалось что-то холодное и липкое. В нос ударил резкий тошнотворный запах. Она вскинула голову. В этот момент лицо Анастасии Гаус словно окаменело и навеки заставило всех запомнить его именно таким. Глаза широко раскрылись, так что лоб вырезал на себе множество морщин, спускавшихся вплоть до переносицы. Глазные яблоки вздулись и испещрились лопающимися сосудами. Ноздри расширились, а рот раскрылся. Губы расползлись в широкой гримасе так сильно, что разорвались по углам. По её лицу можно было бы подумать, что она съела что-то большое, встрявшее поперёк горла. Она хрипела, грудь вздымалась быстро и глубоко. Вены выступили на лбу и шее. Удар, ещё удар. Сейчас злостный кусок вылетит из её рта. Удар… Удар! Вылетел только крик. Нескончаемый, дикий, разрывающий тишину ночи крик. Пожалуй, мало кому доводилось услышать подобное.
Эрика в комнате не было. Точнее, целого Эрика. Вся некогда чистая и светлая постель, сейчас окрашена в тёмный бордовый с примесью коричневого цвет высыхающей крови. Кровью также разукрасили стены. Как компот разлили на пол, на ковры. Брызнули в торшер и зеркало над комодом, немного на окно и ещё на табуреты, составленные в ряд в углу. Даже потолок усеян каплями, будто в колу бросили ментос, но не успели закрыть крышку. Изуродованное тело мужа распяли на кровати. Половина лица превратилась в перемешанную разными тканями массу, а другая половина с сохранившимся глазом в невообразимом ужасе застыла, как и лицо Анастасии. Рук на теле не оказалось. По локти они были вырваны из суставов и ржавым гвоздём прибиты крест-накрест к дверце шкафа. Указательные пальцы указывали прямо и от их концов до локтей вычертили круг. Внутри и снаружи кровью написано: «sathanas anastasia belzebuk eric berith».
Женщина неподвижно сидела на коленях. Лишь её трясущиеся зрачки ходили по комнате, останавливаясь то на раскрашенных стенах, то на кровавой пиктограмме на шкафу, то на растерзанном муже… Последней остановкой стало запятнанное окно, сквозь которое проходил уже не бледный, а красный свет луны. Сквозь него помимо тьмы Настя рассмотрела чёрный силуэт. Он напоминал довольно высокого мужчину, одетого в плащовку с накинутым капюшоном. Силуэт стоял неподвижно, словно пугало в огороде… страшное, но неживое. Однако новая волна ужаса внятно сказала об обратном. Человек поднял руку и помахал чем-то круглым, сжатым между пальцами. Это был второй глаз Эрика. Порция свежего крика подступила к горлу, как внезапно какая-то сила, невидимая рука, схватила её, сдавив горло и подняла над землёй. Всё что могла сделать Настя, это кряхтеть, плеваться и дёргать ногами. Слюни потекли по губам и каплями на пол. Что-то внутри лопнуло… затем что-то ещё… и ещё. После этого её с силой впечатало в дверь соседней спальни; протащило по стене, оставляя узенький алый след на обоях. Несколько раз ударило лицом в лестницу и потолок, выбив зубы и сломав нос, а потом с огромной скоростью утянуло на чердак и выкинуло в квадратное пыльное окно. Осколки стекла полетели вниз вместе с безжизненным телом. Время спустя парочка ворон закружила над трупом женщины и спустилась вниз на подготовленный для падальщиков ужин.