– Э-эй, Филиппе, пардон мусьё за опоздание, мои кони больно дикие, пришлось попыхтеть с ними, – кивнул он на велосипеды, а затем погладил один по сидушке и шлёпнул по ней сзади.
Я улыбнулся. Знаю, что Миша весёлый, шутки у него смешные. Но не умею их правильно воспринимать. Проще сделать вид, что шутка зашла, чем портить его радостный настрой.
– Готов к поездке?
Его глаза горят. Мои спокойны как гладь озера. Всю жизнь я задавался вопросами. Я пытался понять других, их взгляды и увлечения. Сейчас к своим годам я приспособился к этому намного лучше, но всё ещё порой так и ищу ответы. Я кивнул. Миша передал мне во владение второй велосипед оранжевого цвета, и мы направились на вокзал ждать электричку.
Миша вручил мне билет. На нём была написана дата – двадцать третье июля нынешнего года, время половина второго; поезд «№7151 Ласточка в направлении Санкт-Петербург – Ораниенбаум-1»; кассир Мельникова Е.И.; стоимость семьдесят семь рублей; станция назначения Лигово.
Повсюду было много людей: кто-то спешил на свой поезд, кто-то с сумками и чемоданами сидел на скамьях, кто-то ходил по магазинчикам и кафешкам. Я стоял и рассматривал информационное табло. Столько поездов и столько направлений, и ещё больше людей, направляющихся в далёкие и не очень места. Через некоторое время женский голос пролетел под огромным сводом вокзала, оглашая прибытие нашего поезда. Мы поспешили на платформу.
Без десяти два мы вышли на станции Лигово. Всю дорогу пришлось ехать стоя, так как людей было много и все места быстро разобрали. Но, к счастью, ехали мы всего-то двадцать минут. За этим временем потянулась и небольшая беседа. Миша рассказал о своей жизни после колледжа, о работе, о встрече с девушкой. Я не рассказал почти ничего, так как не знал, что ему рассказать. Про мои рисунки? Про коллекцию камней? Про сотни фотографий дождя? Я упомянул лишь о смерти бабушки и пропаже родителей. К счастью, лишних вопросов на эту тему я не услышал. Он лишь посочувствовал, сказал держаться и не унывать. Пообещал также быть рядом.
Около станции нас встретило лениво стоящее здание персикового цвета. Похоже на какую-то усадьбу. Местами её стены перекрашены в похожий, но более яркий цвет, а на некоторых стенах красуются свежие уродливые граффити и надписи по типу «тут был я» и «Саша + Лена». Впереди разложилась длинная дорога, ведущая в новый район под названием «Солнечный Город». Когда Миша первый раз озвучил его, я скривил губы, но ничего не ответил. Итак, мы оседлали велосипеды и отправились в путь.
Всю дорогу справа и слева нас сопровождала вереница деревьев. Вскоре показался перекрёсток, справа от которого длинным рядом по небольшой дуге располагались новые многоэтажные дома, как с картинки. А по другую сторону ещё строящиеся небольшие коттеджи. Несмотря на обилие зданий, главная дорога была очень просторной. Небо здесь тянулось с востока на запад распахнутым и чистым. Здесь чувствовалась свобода и определённая умиротворённость. Интересно, как всё выглядит изнутри, во дворах и закоулках этого комплекса.
Мы проехали этот островок, за которым шла граница Солнечного Города и направились ещё дальше вдоль дороги. Пересекли трамвайные пути, прошли по пешеходному переходу на Санкт-Петербургском шоссе и поехали вниз в сторону Стрельны. По пути нам повстречалась Троицкая Сергиева Приморская пустынь, некий монастырь, затем университет речного и морского флота, Константиновский дворец со своими пышными деревьями и высоким забором. Проехав дворец, мы завернули направо и спустились вниз по крутой горке. Справа нас также встретил дворец и сад Петра I.
– Ещё немного и увидишь, куда я тебя веду, – улыбнулся Миша, обгоняя меня на повороте после спуска.
Я улыбнулся и быстрее закрутил педали. Впереди расстилалась длинная пустая дорога. Справа мелькали такие же пустые парковки и асфальтированные участки, вскоре сменившиеся сплошным бетонным ограждением. Машины тут проезжают очень редко, поэтому мы не стали съезжать на тротуар, а свободно погнали по дороге, пересекая колёсами белую разметку. Солнце временами пересекали небольшие облака, так что над нами неожиданно появлялась тень. Однако как быстро она возникала, также быстро и исчезала.
Из-за жары и активной работы ногами на лбу образовались капли пота, затем медленно стекли к бровям и, как по водоотводу, разошлись в сторону висков. Я оторвал одну руку от руля, опасно балансируя всем телом и сохраняя другой рукой стабильность рулевой колонны, и быстро стёр со лба солёную жидкость. Если бы она попала в глаза, пришлось бы сделать остановку… щипало бы сильно.