— Мне казалось, он должен был прийти вместе с вами, — произнесла Ровена. — Судя по тому, что вы здесь, Слитерин снова возродился… Так где же Гарри?
…Как бы я сама мечтала это знать, — тоскливо подумала Гермиона. В горле стоял комок, она не могла вымолвить ни слова. Джинни тихонько пожала ее руку. Наконец, она справилась:
— Слитерин забрал его, а куда — мы не знаем…
— Он забрал его?! Забрал Наследника Годрика? — Ровена побледнела еще больше, хотя это казалось совершенно невозможным. — Где он это сделал? И когда?
Гермиона быстро рассказала, как сама была похищена Слитерином и как потом снова встретилась с ним в Норе. Когда она закончила, Ровена повернулась к Гермионе тихо вздохнула:
— Он нашел Источник… Когда ты впервые его повстречала, он был слаб, он только что восстал, у него не было источника силы… Видимо, теперь он нашел Магида, пожелавшего стать его Источником.
— Значит, он снова силен? — спросила Джинни.
— Только на время: Источник должен использоваться только как усилитель мощи, как собирающее устройство, он не должен компенсировать недостаток магической энергии другого волшебника — такая связь медленно иссушает Источник и убивает его, а значит, Слитерину понадобятся все новые и новые Источники…
— Значит, именно поэтому ему нужен Гарри?
— Нет, он не станет разменивать Наследника Гриффиндора на такие пустяки, кроме того, Источник должен быть добровольным… Он знает, что это замкнутый круг — и всю свою силу он сейчас бросил на то, чтобы найти Око…
Джинни выглядела такой же изумленной, какой себя чувствовала и Гермиона.
— Око?
— Прежде, чем заточить Слитерина, я отняла у него силу, — Ровена задышала чаще, словно ей не хватало воздуха. — Благодаря мечу он был бессмертен, поэтому я погрузила его в кому и укрыла тело в замке, где никто, кроме тех, кто знал об этом, не мог его обнаружить. А силу его я заключила в Око… но я не смогла его уничтожить, а потому сделала так, что его охраняло самое свирепое из всех созданных Салазаром существ. Восстав, Салазар был бы лишен своей мощи, он был бы очень слаб… Разве что, — продолжила она, — он сумеет добыть Око… Его нельзя ни разбить, ни разрушить, но его можно открыть — если он преуспеет в этом… — Ровена убежденно покачала головой, — хотя нет, он не сможет убить мантикору. Он слишком слаб для этого. Это верная смерть.
Гермиона тут же вспомнила существо, выгравированное на шкатулке, хранившей Хроноворот:
— Мантикору?
Ровена кивнула:
— Оно спрятано внутри мантикоры, самого неуязвимого и бессмертного волшебного создания.
Чтобы извлечь Око, ее придется убить.
— А если он сделает это, — осторожно спросила Гермиона, — если он убьет мантикору и добудет Око — что тогда?
— Око может быть открыто только в присутствии всех четырех Наследников, каждый из них должен прикоснуться к нему и произнести Открывающее Заклинание — причем они должны это сделать сами, а не под Заклятьем
— Слитерину это известно?
— Нет. Однако он умен, он знает меня и он слышал заклинание, произнесенное мной, когда я заключила его в темницу. За это время он мог его разгадать.
— Значит, он пока не причинит Гарри вреда, — облегченно произнесла Гермиона и ее плечи расслабились, — не сможет, он еще нужен ему…
Ровена взглянула на нее, и вдруг Гермиона поняла, о ком напоминают ей эти синие глаза: о Дамблдоре — тот же спокойный, твердый и пронзительный взгляд.
— Ты любишь его.
— Да, больше всего на свете, — Гермиона почувствовала, что не может лгать.
— А что о Наследнике Салазара? — тихо спросила Ровена.
У Гермионы мелькнула мысль, что Ровена спрашивает, любит ли она Драко. Она остолбенела. За нее ответила Джинни:
— Если вы имеете в виду, существует ли он, — то да, он есть. — И он присоединился к нему?
— Нет. Его похитили вместе с Гарри, иначе он бы сейчас был с нами. Он не станет приспешником Салазара — ни за что.
— Пока, возможно, да… — тихо уронила Ровена, — однако именно об этом гласит пророчество, это предсказано… Мне жаль, если он ваш друг…
Джинни отрицательно замотала головой, Гермиона присоединилась к ней:
— Драко ни за что так не поступит!
Ровена вздрогнула:
— Это что — имя?!
Гермиона опешила:
— Да, — медленно кивнула она, — Драко Малфой…
— Малфой, — эхом повторила женщина на кровати, — эта фамилия звучит, как шутка Салазара:
Ровена отвернулась к окну.
— Однако… ради вас я готова поверить в его доброту… — она повернулась к Гермионе. — Ведь ты любишь его…
Гермиона вытаращила глаза и промолчала, Джинни позади нее вздрогнула.
