Сидя на земле, и доставая дезинфицирующее средство, он пытался развязать комок чувств. Его переполняла гордость, счастье и боль. От ушиба на челюсти, от рваной раны в душе. Из нее текли воспоминания и старые запрятанные, смиренные чувства. Мягко струясь, они укутывали душу Брея словно темно-красный шарф. «Я даже не остановился возле ее могилки…».
Разобравшись с раной, он собрался, но так и не встал на ноги. Брей смотрел на окровавленную руку и пытался понять. Понять поступок отца, что убежал от боли. Брей, в принципе понимал, ведь он видел, как этот поступок терзал Фенриса еще до раскрытия тайны. Но понять, почему он не вернулся? А понять, как так получилось, что его героиня стала его кровной матерью? Что они его любили? Что не было другого варианта? У него никак не получалось. А ведь он должен это еще принять….
Собравшись с мыслями, Брей решил, что не будет ничего предпринимать, пока не узнает все детали. В истории детали всегда решали намного больше, чем общая картина. «А это…это не больше, чем еще одна история, о еще одной жизни».
Остальной путь он раскладывал все знания, которые он знал, и полученные в последние дни, пытаясь сопоставить и определить хронологию. За счет чего получил еще немало ссадин и ушибов по всему телу.
Вечером, когда он добрался до опорного пункта, все разведчики готовые к дальнейшему походу, ждали только его. И не только разведчики:
— Дядя Варрик? Изабелла? Что вы тут делаете?
— Пришли повидать тебя, Защитничек! — гном подошел и крепко обнял парня.
— И расспросить, как прошла встреча с Фенрисом, — добавила пиратка, подойдя ближе и мягко потеребив волосы парню.
— Вы же знали? Вы знали, что они мои…и поэтому отправили меня к нему? — выплеснул все свои чувства парень, что так старался держать под контролем.
От этих слов у старых друзей потемнели лица. Изабелла что-то крикнула другим разведчикам и те, кивнув, стали собираться в путь. На это обратил внимание Брей, и в замешательстве посмотрел на дядю:
— Мы не отправимся вместе с ними?
— Нет, парень. Я договорился с Мелири. Она даст тебе столько времени, сколько нужно, чтобы разобрать всю ту кучу, что мы оставили, — Варрик стал пережимать переносицу. — Надеюсь, Создатель, это последняя куча, которая собралась в частности из-за меня.
— Из-за тебя? О чем ты? Вы пришли убедиться, что он мне все рассказал, так ведь?
— Да, Брей. И помочь, — сказала Изабелла, положив руки на плечи гному и парню, и повела их в таверну, что стояла неподалеку.
Войдя внутрь, компанию обдало благоуханиями специфичным только таким забегаловкам. Везде слышался смех, музыка, разливался эль сомнительного качества. Что, несомненно, ободрило бы Брея, и его компанию, не будь на их горизонте тяжелого разговора. Найдя свободное местечко в тихом углу, пиратка быстро сделала заказ. Когда она повернулась лицом к столику, то обнаружила совсем не удовлетворяющую ее картину: Гном, хоть и сидел расслабленно, будто, наконец, обрел свое место, но его глаза бегали от одного угла таверны в другой, а пальцы отбивали срывающийся ритм. Брей же сидел скованно и смотрел в одну точку стола. Что пугало намного больше, чем уже устоявшееся поведение Варрика в таких ситуациях.
— Так, мальчики. Я знаю, этот разговор не из приятных, но подумайте о хороших сторонах – ты, наконец, все узнаешь, — она посмотрела на мальчишку, от чего тот чуть расслабился и перестал гипнотизировать стол. — А ты, наконец, перестанешь себя донимать, — Изабелла посмотрела на гнома, на что тот никак не отреагировал. Только добавил:
— Брей, расскажи нам для начала, все, что с тобой произошло за те дни, что ты провел с Фенрисом.
