— Я всё думал, что ты сказала про других Серых Стражей… которые будут после нас. Честно говоря, я так привык, что моих братьев больше нет, и мы одни, что мне трудно представить, что когда-либо будут другие.
— Будут когда-нибудь, — глухо отозвалась Элисса.
Она ничего не говорила о том, когда это случится, будут ли они с Алистером ещё живы, и будет ли вообще жив после Мора Ферелден, но она была уверена, что Серые Стражи — это что-то незыблемое, что никогда не исчезнет. Какие бы беды ни приключились с миром, пока существуют Моры, Серые Стражи будут возвращаться, словно сходя со страниц преданий.
— Полагаю, ты права. Мы можем создать новых Серых Стражей, но никогда не вернём тех, кого потеряли. Хотел бы я знать, будет ли этот мир когда-нибудь прежним?
У Элиссы не было ответа.
— Вы уже закончили? — Винн склонилась над ними, а за её спиной тянулся ароматный запах супа.
— Да, всё, что смогли, — кивнул Алистер. — Жаль, что мы не всё нашли, но сохранить хотя бы часть имущества короля — уже кое-что значит.
Алистер аккуратно уложил доспехи Кайлана и перевязал их так, чтобы было удобно нести. Лошадь они отдали отряду Стэна и теперь всю поклажу несли на своих плечах.
— Долгий выдался день, — сказала Винн. — У вас такие мешки под глазами, что, смею заметить, вы выглядите ничуть не моложе меня.
— А я, миледи, с вашего позволения замечу, что вы молодеете с каждым днём, — нарочито благоговейно произнёс Алистер.
Чародейка на это рассмеялась:
— Мальчик мой, смотри, с кем заигрываешь. Вот проснёшься завтра утром со мной в обнимку, и я опять напомню тебе твою бабушку.
— С тобой в обнимку?
— Да, ты не ослышался. Мне, знаешь ли, не впервой просыпаться в обнимку с юношей.
Алистер закатил глаза.
— Вот интересно, все женщины с возрастом становятся такими злюками и развратницами?
— Не все, не все, радость моя. Только я.
Элисса спрятала смешок. Кажется, Алистер после визита в Остагар действительно был в порядке. Сытная еда расслабила, и вскоре его и остальных сморил сон. Это и впрямь был долгий день.
Алистер протискивался сквозь толпу в шумной душной таверне. Он знал, что у стойки его ждут, и не хотел слишком задерживаться. Он видел вокруг знакомые лица, они непринуждённо пили, болтали друг с другом и кивали ему в знак приветствия. Алистер кивал им в ответ, попутно вдыхая запахи живицы, горячей еды, алкоголя и пота окружающих людей. С большим трудом он всё-таки добрался до стойки, попутно наступив кому-то на ноги и неловко извинившись. Тавернщик поставил перед ним кружку с пивом.
Дункан уже всё заказал и давно ждал его на стуле у стойки. Алистер неловко извинился за опоздание и уселся рядом. Вкуса пива он не почувствовал, но приятная атмосфера таверны и добродушное лицо Дункана позволили ему расслабиться, и Алистер почувствовал, будто тысячу лет не был дома среди своих. Они разговаривали и смеялись, Алистер уплетал бутерброды с сыром один за другим, вспоминая, как Дункан впервые угостил ими, сразу после того как забрал Алистера из монастыря. Они не говорили о Море, о порождениях тьмы и смертельных битвах. Лишь о своих общих воспоминаниях в ордене, от которых веяло приятной теплотой, как от домашнего очага в зимний день. Алистеру показалось, что он слишком давно не слышал, как его наставник смеётся.
Алистер сказал какой-то дурацкий тост, поднял пивную кружку и отпил… на языке оказался вкус крови. Алистер отпрянул и обнаружил, что держит в руках кубок Посвящения, а на дне плещется тёмная кровь порождений тьмы. Страж в испуге отбросил его и посмотрел на Дункана — глаза того остекленели, а на броне были следы крови и ран.
Дункан рухнул на колени, Алистер кинулся к нему, тряс его за плечи и в панике спрашивал, куда он ранен, что случилось. Дункан не отвечал.
— Кто-нибудь! Помогите! — крикнул Алистер, но никто не услышал, словно их не видели, словно вокруг не было никого живого.
Не было. На поле Остагара не осталось никого. Все мертвы.
— Дункан!.. — в панике звал Алистер, но командор лишь бессильно упал на локоть, зажимая ладонью рану на боку.
За спиной раздались громоподобные шаги и оглушающий свирепый рык. Огр скалился на них и был готов ударить. Алистер не позволил. Он кинулся к чудовищу и воткнул в него меч. Огр заревел. Алистер ударил ещё раз и отбежал назад, уводя противника от раненого Дункана. Огр пошёл за ним. Чудовище било кулаками, бодалось огромными рогами, пиналось и швыряло камни. Алистер сражался. Он был один. Почему он был один?
Страж на миг обернулся и увидел непроницаемое лицо Логэйна, а за его спиной солдаты стройным маршем покидали поле боя.
Огр снова замахнулся и ударил. Алистер отшатнулся, земля застонала и заходила ходуном под ногами, и в момент, когда Страж почти потерял равновесие, огромные мясистые пальцы сомкнулись на его торсе. Алистер сжал меч и успел резануть по ним острым лезвием. Хватка ослабла. Алистер поднырнул под рукой и дважды вонзил клинок в тело огра, пока тот не начал заваливаться назад и не исчез в золотом свете.
