— Больно слышать всё это, — наконец, произнёс с горечью Эамон и обернулся ко всем. — Многое предстоит совершить, но прежде я хотел бы поблагодарить тех, кто столько сделал для нас. Серые Стражи, вы спасли меня, мой эрлинг и мою семью. Я у вас в неоплатном долгу. Позвольте объявить вас и ваших спутников героями Редклифа. Вы всегда будете желанными гостями в этих стенах.
Элисса на миг удивилась. После такого потрясения первое, что сказал эрл, были слова благодарности. Не зря Алистер так уважительно о нём отзывался. Элисса склонила голову и поблагодарила в ответ.
— Брат, поговорим о Логэйне, — напомнил Теган. — Неизвестно, что он сделает, когда узнает, что ты выздоровел.
— Ты сказал, Логэйн сеет смуту, когда порождения тьмы у нас на пороге… Он всегда казался мне благоразумным человеком — не из тех, кто стремится к власти любой ценой. Поверить не могу, что он бросил Кайлана на смерть. Я бы скорее поверил, что свиньи полетят, чем в то, что Логэйн предаст короля и захватит трон, — задумался эрл.
— Эамон, я сам слышал, как он сказал, что трон теперь принадлежит ему, и все должны принести ему присягу верности. Поверь, честолюбие довело его до безумия!
Теган был единственным из присутствующих, кто говорил с Логэйном после Остагара, и был уверен в своих словах. Гибель короля, бесконечные сражения с несогласными в Баннорне, объявление предателями Стражей, когда Мор уже сжигает юг страны — как можно творить такое, находясь в здравом уме? Нет, Логэйн больше не герой реки Дейн. В этом Теган был уверен твёрдо.
— Он и вправду обезумел, — согласился Эамон. — Разве это не безумие — убить Кайлана, сговориться с магом крови, чтобы убить меня, и разорять владения? Истину говорит Церковь о разлагающем влиянии власти, если даже такой человек, как Логэйн Мак-Тир, оказался способен на подобное. Однако, что бы ни повредило его ум, Логэйна нужно остановить. Но хуже всего то, что мы не можем позволить себе военное столкновение с ним.
В зале повисла тишина. Всем казалось, что как только Эамон поправится, перевес в этой войне сместится на их сторону, но всё оказалось сложнее.
— Что вы предлагаете? — спросила Элисса.
— Если мы хотим, чтобы Ферелден выстоял против Мора, нам нужно поберечь силы для сражения с порождениями тьмы, а не друг с другом. Кому-то придётся уступить…
— Надеюсь, это шутка? — большими глазами посмотрел на эрла Алистер.
— Вы… — протянула Элисса.
— Вовсе нет, — успокоил их Эамон и пригубил вина из серебряного кубка на столике. — Логэйн повинен в страшных преступлениях, и я сделаю всё, чтобы он за них заплатил. Однако я уверен, что Логэйн уже позаботился о том, чтобы все улики его злодеяний исчезли. И, как вы говорите, маг крови Ульдред, с которым Логэйн заключил союз, тоже мёртв, поэтому мы не сможем найти весомых свидетелей, которым бы поверило Собрание земель. Так что пока все наши обвинения будут без доказательств.
— Люди не слепые. Многие видели, что он сделал при Остагаре. Разве не из-за этого началась гражданская война? — нахмурился Алистер.
— Именно, — подтвердил Эамон. — Логэйн сам разжёг пламя их недовольства, и если я распространю вести о его предательствах, даже без доказательств они возымеют эффект. Этот ход на время остановит союзников Логэйна. Но лишь на время. Мы должны найти претендента на трон, у которого больше прав, чем у королевы — дочери Логэйна.
— Брат, ты имеешь в виду Алистера? Ты уверен?
— Что?
Элисса обернулась на Стража, но тот отвёл взгляд и почесал затылок.
— Ну… я собирался рассказать об этом, когда мы в первый раз подходили к Редклифу, но потом всё завертелось…
— Алистер — внебрачный сын короля Мэрика. Он единокровный брат Кайлана и имеет права на трон Ферелдена, — пояснил Эамон. — Я бы не стал такое предлагать, однако же произошло немыслимое.
Элисса почувствовала, как ещё один мир, к которому она успела привыкнуть, рушится.
— Ты… и ты молчал!
— Я не думал, что до такого дойдёт! — начал оправдывать Страж. — Когда Кайлан взошёл на трон и женился, все успокоились, и я с лёгкой душой отошёл в сторону. Мне никогда не хотелось становиться королём, — Алистер на миг оглянулся на Эамона, — и сейчас не хочу. Даже когда Кайлан погиб, я… я надеялся, что королём станет эрл Эамон, и без меня обойдутся. У нас тут Мор и всё такое, поэтому… я решил, что вся эта история с королевской кровью — это, в конце концов, неважно, и…
— «Неважно»! — крикнула Элисса так, что Алистер застыл от неожиданности. — У нас тут гражданская война в стране, и это напрямую связано с нашей борьбой с Мором! И ты говоришь, что это неважно?! И ты не сказал… не сказал мне…
Алистер никогда её такой не видел. В её взгляде явно читались обида и гнев. Элисса даже забыла, перед кем находится, а её лицо раскраснелось от эмоций. Потом она резко вскинула руки…
— Делайте, что хотите! — Сделала короткий поклон в сторону эрла: — Прошу прощения.
…и вышла прочь. В зале повисла тишина, нарушаемая треском пламени в камине. Алистер как в землю врос, такого он не ожидал и в страшном сне и всё ещё отходил от потрясения. Из оцепенения его вывел голос Морриган:
