— Ужасно, — вздыхала Элисса, глядя на мёртвых с сочувствием, её мабари то и дело прикрывал нос от гари и трупной вони и скулил.
— Теперь понятно, почему в Редклиф отсюда перестали приходить вести, — сказал Алистер.
Его меч был в пятнах тёмной крови. Эамон пытался убедить Алистера остаться в Редклифе, но Алистер не послушал. «Я прежде всего Серый Страж. Этот долг с меня никто не снимал», — сказал он. И произошедшее в Хоннлите укрепило уверенность Алистера в том, где он сейчас нужнее… и рядом с кем.
Элисса стояла, прикрыв глаза, но ничего тёмного поблизости она более не чувствовала — все порождения тьмы были убиты.
Враги напали на деревню внезапно, многие жители погибли сразу. Если бы люди были готовы, возможно, против небольшого отряда порождений тьмы жители смогли бы выстоять… Но их застали врасплох, страх и паника сделали своё дело. Выжило так мало. Кто успел, заперлись в подземной лаборатории некогда жившего здесь мага. Припасов почти не было. Мужчины, вооружившись, чем могли, иногда выбирались наружу в поисках еды и воды. Не все возвращались. Когда припасы закончились, выжившие хоннлитцы уже были готовы к горькой участи. Звучали робкие предложения оживить голема, который последние тридцать лет стоял на деревенской поляне. Но иные помнили его историю и были против. Оставалось молиться и готовиться к худшему, когда помощь наконец подоспела, и порождения тьмы, ещё пировавшие на обломках, пали от мечей Стражей и магии.
Жители выбрались из укрытия и жмурились от вечернего солнца, обречённо смотрели на угли своих домов, узнавали в мёртвых телах соседей. Иные не могли сдержать слёз и стенаний. Похороны прошли на утро в тяжёлом молчании.
Алистер предложил селянам пойти в Редклиф — из всех южных владений это было самое безопасное место. Хоннлитцы выдавили из себя слова благодарности и на прощание отдали своим спасителям единственную «ценность», что осталась от деревни. Им она больше была без надобности.
— Потоки беженцев текут бесконечно. Я уже не разбираю их лиц. Так многих мы видели, — проговорила Элисса, глядя в спину последним уходящим — хромому мужчине и светловолосой женщине. Они вели за руку мальчика лет пяти, который едва успевал за их быстрым шагом, и вскоре скрылись за холмом. — Может, стоило их проводить?
— Хватит трястись за каждого. Мы им не няньки. Всех не убережёшь. Ужели это до сих пор ты не поняла? — вздёрнула подбородок Морриган.
— Я бы предпочла уберечь всех, кого смогу, — спокойно повернулась к ней Элисса, — но не будем сейчас об этом. Тут дело…
Кусланд посмотрела на испещренный рунами жезл в своей руке и перевела взгляд на каменную статую посреди затоптанной уже подтаявшей от зимы поляны в центре деревни.
«Голем», — сказали им старейшие жители. Когда-то он двигался и выполнял приказы мага, но уже давно застыл без движения. Остался только жезл управления, который до сей поры пылился в подвалах лаборатории.
— Ты точно хочешь это сделать? — с сомнением протянул Алистер. — Не зря местные даже подрались из-за того, стоит ли это делать, а ведь они были на грани смерти. Нам точно нужен этот голем? Мы же ничего о них не знаем.
— Мы не будем вести его за собой постоянно. Мы ведь всё равно собираемся в Орзаммар. Я слышала, что гномы очень ценят големов, и если привести одного из них к ним в качестве подарка… — начала Элисса.
— Или взятки, — рассмеялась Лелиана.
— …то это увеличит наши шансы договориться с их королём. Вы так не думаете?
— Но ведь жители сказали, что эта штука убила своего прошлого хозяина-мага. Ты всё ещё хочешь её оживить? — снова засомневался Алистер.
— В мире много необычных явлений. Пожалуй, последствия не всех из них можно предсказать, — наклонила голову Винн.
— А по-моему, нам просто сбагрили яблоко раздора, и толку от него никакого, — предположил Зевран и с сомнением глянул на разрисованную рунами кривую металлическую палку.
— Коль эта штука будет слушаться жезла у тебя в руке, так почему бы нет? Вещи наши понесёт, — заметила Морриган, а Чейз задорно гавкнул.
Элисса выдохнула и подошла к поляне, посреди которой высилось нечто, похожее на массивную статую каменного человека семи футов высотой довольно грубой работы. Оно стояло, раскинув руки и задрав непропорциональную маленькую, по сравнению со всем остальным телом, голову к небу, а плечи, запястья и икры покрывали странного вида кристаллы, которые, казалось, росли прямо из камня. Элисса неуверенно взмахнула жезлом и произнесла слова, которые, как обещал один из жителей, должны оживить каменного голема.
…Послышался звук, напоминающий скрежет каменных жерновов. Жезл в руке задрожал и внезапно замер. Статуя пошевелилась. Её глазницы и нёбо засияли белым, как и руны вокруг шеи и на массивных руках.
Элисса ожидала, что голем после этого застынет на месте и будет ждать приказов, но он самовольно размял плечи и руки, словно освободился от давних пут, пнул перевёрнутую корзинку с птичьим кормом и уставился на Кусланд. Когда каменные губы зашевелились, и раздался гулкий скрежещущий, словно трение камней, голос, весь отряд вздрогнул и схватился за оружие.
