В последние недели площадь не узнать. Несмотря на жуткий солнцепёк, обитатели эльфинажа каждый день выстраивались в очереди, шумели, возмущались, нервно поглядывали на небо, прикидывая по солнцу, не опоздали ли они на работу. Некоторые отдавали последние сбережения, чтобы продвинуться в очереди быстрее и получить «магическое лечение».
Пф! Шианни недовольно фыркнула и в который раз беспомощно наблюдала, во что превратился её дом.
Маленькой девочкой она попала в эти стены. До этого тихо и мирно жила с матерью в деревне. Однажды мать тяжело заболела, и лихорадка мучительно убила её в считанные дни. Шианни два дня пряталась под кроватью. Кто-то приходил, но она боялась подать голос. Она надеялась, что за ней придёт отец, которого Шианни никогда не видела. Ей отчего-то представлялось, что он долиец и покинул её маму не по своей воле, а теперь непременно вернётся, заберёт дочку в лес и научит быть настоящим эльфом. Но он не приходил. Два дня спустя пришёл другой эльф с невероятно добрыми серыми глазами.
«Здравствуй, Шианни. Я твой дядя — Цирион. Пойдём со мной».
Поначалу девочке не нравился эльфинаж. Даже он один казался Шианни огромным городом, полным шума, странных запахов и незнакомцев. Чтобы успокоить её, Цирион подарил племяннице набитую сеном игрушку мабари. Только спустя время Шианни узнала, что это была любимая игрушка дочери Цириона — Каллиан, которая была немного старше самой Шианни.
Каллиан пыталась с ней подружиться, был ещё кузен — Сорис, чьи родители погибли из-за людей. Все они были очень хорошими, и со временем сердце девочки стало оттаивать и привязываться к эльфинажу и его обитателям. Шианни была остра на язык и никому не позволяла обижать ни себя, ни робкого Сориса, а если кто-то из старших детей эльфинажа смел поднимать на них руку, кузина Каллиан быстро отделывала их так, что те улепётывали со всех ног.
В жизни городского эльфа было много трудностей. Большинство жило очень бедно и могло рассчитывать только на самую тяжёлую и малооплачиваемую работу. Некоторые, как Цирион, работали в поместьях людей. Дядя всегда говорил, что ему повезло найти работу у порядочного человека, потому что иные относились к эльфам как к существам второго сорта. Порой люди приходили в эльфинаж и открыто оскорбляли, били эльфов и насмехались. Шианни это злило. Каждый раз она готова была броситься в драку, но её останавливал Сорис или кто-нибудь из взрослых.
Чаще всего её хватал за руку Валендриан — хагрен — старейшина эльфинажа. Шианни всегда думала, что его лицо похоже на упавшее на землю яблоко, которое пролежало всю зиму под снегом и сморщилось. Когда Шианни однажды высказала ему всю обиду за то, как с ними обращаются люди, он только улыбнулся, взял её за руку и привёл к огромному дереву, чей ствол могли обхватить руками вместе четыре или пять взрослых эльфов, а пышная крона раскинулась выше стен и покрывала тенью половину площади.
«Это Венадаль — народное древо эльфов. Такое растёт в каждом эльфинаже на память о наших свободных предках, чтобы мы не забывали, кто мы есть. Пусть нам сейчас тяжело, но наша община крепка и полна жизни, как это дерево. И наши корни так же сильны и глубоки, как у него. Гордись этим, девочка, что бы ни говорили несведущие шемлены».
Шианни очень полюбила Валендриана, хотя его лицо всё равно напоминало ей сморщенное яблоко.
Какое-то время жизнь в эльфинаже была вполне спокойной. Глупые шемы приходили, дебоширили и уходили. Когда их было много, эльфы таились и молчали, но стоило какому человеку забрести сюда в одиночку, он осознавал, как много гнева порой копилось в смиренных сердцах. Валендриан на это только вздыхал и в очередной раз разбирался с капитаном городской стражи.
Шианни всегда хотелось так же защищать эльфов, как хагрен. Вот только на эту роль всегда больше подходила Каллиан. Её мать Адайя обучила дочь фехтованию на деревянных кинжалах, и та переняла и её, как говорили, диковатый характер. В отличие от Шианни, Каллиан была хитрей и знала, когда лучше держать язык за зубами, а когда можно и повоевать.
Лишь однажды Каллиан готова была сорваться… когда увидела на земле под дождём всё в крови тело своей матери. Люди устроили в эльфинаже стычку. Когда пролилась первая кровь, Адайя бросилась защищать своих соседей изо всех сил, даже ранила кого-то из шемленов. Её убили. Крик Каллиан был слышен на весь эльфинаж, а Цирион обнял дочь и умолял никуда не идти и никому не мстить.
«Я не хочу потерять ещё и тебя».
И эти раны со временем зажили. Каллиан, Шианни и Сорис выросли. Валендриан нашёл Сорису невесту. Цирион выбрал жениха для Каллиан, и их свадьбы должны были состояться в один день.
Ужасный день.
