— Госпожу Фанндис атаковали дети, — рассказала целительница, когда браслеты заняли свои привычные места на моих руках. — Но она не сопротивлялась.
Мы прошли внутрь замка и, неспешно беседуя, добрались до целительской вотчины Исара. Он, отвлекшись от своих записей, улыбнулся:
— Добрый вечер. Извольте-ка встать в круг.
Он бросил в меня несколько диагностических заклинаний и кивнул:
— Все в порядке, ваши магические каналы прекрасно справляются с возложенной на них задачей.
— Тот же вывод, что и всегда, — не удержалась я.
— Но мы не можем пустить все на самотек, — спокойно ответил Исар.
На это я ничего не сказала, только поблагодарила за заботу и вышла. Немного подождала Миттари, и мы вместе направились к саду.
— Лотта плакала весь день, — сказала вдруг целительница. — Как отец улетел, так и залилась. Марк держится, но…
— Лорд Дальфари никогда не улетал? — удивилась я.
Миттари пожала плечами:
— Я никогда за ним не следила. Наверное, нет. Что ему делать на других Пиках, когда детям в любой момент может потребоваться передача силы?
Понизив голос, целительница добавила:
— Он удивительный, на самом-то деле. Любой другой на его месте давно завел и новую жену и других детей.
Я только покивала в ответ. Все-таки стоит признать, что и мне приходил в голову простой вопрос, отчего Альдис не начал все сначала? То, что матери любят своих детей — естественно. Но то, что отец может быть столь предан… Это стало для меня открытием.
«А за такое мое удивление стоит поблагодарить собственного папеньку», мысленно отметила я. И как бы я хотела, чтобы в этой молчаливой ремарке было больше яда и меньше горечи…
— Девочка моя, я уже начала волноваться!
Голос Фанндис застал меня врасплох. Она, оказывается, сидела в плетеном кресле-качалке и мы с Миттари едва не прошли мимо.
— Чудные дети, — моя нянюшка отложила в книгу на столик, — но очень печальные.
— Они больны столько, сколько себя помнят, — вздохнула Миттари. — Им не позволено задерживаться в школе, а ведь все самое интересное происходит после занятий. Лорд Дальфари пытался приглашать в замок семьи с детьми, но все это очень быстро вылилось в смотрины. Так что…
— А чем ему обычные семьи с детьми не угодили? Простым горожанам не придут в голову такие глупости, — проворчала няня. — Впрочем, сейчас они играют с Финном.
— Нянюшка, среди тех, кто «загоняет» Хейддиса и как ты говоришь, «простых горожанок» предостаточно, — фыркнула я. — Сказка про Искорку, лишнюю дочь небогатого отца, будоражит людские умы. Подумать только, немного потерпеть проклятья мачехи, а после стать супругой принца — это ли не идеальная жизнь?
Сама я так конечно не считала и сказку считала глупой, но… В детстве я засыпала и мысленно пересчитывала слои ткани на парадном платье Искорки.
— Ночная трапеза ждет нас, — шепнула Миттари, — без милорда все довольно скучно и грустно, но… Все вот-вот соберутся.
Ужин и правда прошел тихо, быстро и без особых разговоров. Фанндис стеснялась, Хейддис мрачнел на глазах, Миттари смотрела в тарелку, и только целитель Исар пытался создавать непринужденную атмосферу.
Позже, уже в покоях, няня Фанндис принялась просить у меня прощения:
— Ума не приложу, отчего я попыталась отнять у тебя одежду.
Вздохнув, я тихо призналась:
— Она из рода телепатов. Отсеченная ветвь, но все же. Но это секрет, хорошо?
Но няня покачала головой:
— Это была моя идея. Она сама во мне появилась, не то чтобы меня вдруг по голове шарахнуло! А мягко, исподволь.
— Думаю, так и работает этот дар. Все-таки резкие, неожиданные мысли проще контролировать. А то, что как будто идет из глубин души… Это воспринимается своим, родным. А за свои идеи мы склонны сражаться.
Фанндис согласно кивнула, после чего мы разошлись по комнатам. Да, в моем крыле нашлись и гостевые спальни — их нянюшке показала служанка.
Утром, оставив браслеты Миттари, я направилась к уже полюбившейся мне башне. Хейддис мрачной тенью скользил рядом и я в итоге не выдержала:
— Что случилось?
— Ничего.
— Рядом с тобой молоко киснет, — я покосилась на него, — может, помощь нужна?
Дракон дернул плечом:
— Не нужна. Нечему помогать. Пока я был идиотом, другой им не был.
Поднявшись на верхнюю площадку, я остановилась, чуть помедлила, а после подошла к другому краю и, посмотрев на Одинокий Перст, осторожно проговорила:
— А ты уверен, что тот другой будет лучшим мужем?
— Я вел себя как дурак, — дракон встал рядом.
— А теперь веди себя как умный, — предложила я.
Во время всего этого разговора меня не покидало ощущение, что я лезу туда, куда меня не звали. Но Миттари продолжает смотреть на Хейддиса тоскливым, влюбленным взглядом. Он смотрит на нее так же, но реже.
Не зная, что еще сказать, я ради интереса попробовала настроить прыжок на Одинокий Перст. И конечно же, не дотянулась.
— Надо отправляться, — хмуро сказал дракон, — ты же хотела помочь с открытием.
— И зайти за сырьем, — покивала я. — А еще нужно в магистрат, поставить очередную отметку о благонадежности!