Кайло замер. Что делать? Что выбрать? Сокровища, которые он так долго, так любовно собирал, которыми там гордился? Золото, драгоценные камни, жемчуг, слоновая кость… Или Рей? Он знал, что счет теперь идет на секунды, но не мог сдвинуться с места. Может, ему удастся как-то… Объяснить Сноуку? Верховный Иерофант мудр…
— Кайло? Кайло, милый, что… — начала она и вдруг вскрикнула в ужасе.
========== Часть 3 ==========
Если бы Рей кто-то спросил, что произошло в тот вечер, она наверняка ответила бы что-то невнятное. Воспоминания путались, наскакивали друг на друга.
…Ей вдруг стало страшно. Не так, как тогда, когда огромный черный дракон неожиданно спикировал на площадь и направился прямо к ней. Нет. Это был какой-то липкий, противоестественный ужас, от которого мутилось сознание, а кости словно превратились в трухлявое дерево. Потом… Кажется, она закричала. И был еще какой-то звук. Не то рык, не то всхлип. И ее сжала когтистая лапа — так крепко, что перехватило дыхание. Или сначала Кайло ее схватил, а потом она закричала?
Схватил и… Рей немного пришла в себя, когда они уже были в воздухе. Было холодно, драконьи когти больно впивались в тело, но ей уже не было страшно. Что бы ни угрожало им в пещере, оно уже было далеко.
Летели они долго, и Рей совсем заледенела. Но вот наконец Кайло спустился к развалинам какой-то башни. Крыши на ней давно не было, и они просто приземлились на верхний этаж. Кайло выпустил Рей, а сам вдруг тяжело осел, почти рухнул на пол.
— Кайло? — Она села рядом с ним. — Что случилось? Что это было?
Он молчал.
— Кайло, милый, что с тобой?
— Сноук… — наконец прошептал он. — Пришел, чтобы тебя забрать. А я… я не могу с ним драться, я дал клятву…
— И он тебя ранил? Тебе плохо?
— Ужасно! Мои… сокровища… Все осталось там…
О! Рей вдруг стало жарко. Черный дракон бросил свои сокровища… ради нее? Ради никому не нужной сироты из Джакку? Она обняла Кайло за шею и прижалась к нему крепко-крепко.
— Спасибо тебе, — тихо сказала она. — Спасибо.
Он тяжело вздохнул и накрыл ее крылом.
***
Ее дракону (Рей все чаще думала о нем как о «своем драконе») было плохо. Очень плохо. Вот уже третий день он лежал без движения, уставившись в одну точку, и хоть как-то реагировал лишь тогда, когда она гладила его по голове. Ей хотелось его утешить, сказать, что он найдет себе новые сокровища, что это всего лишь вещи, но… Очевидно, сокровища не были для драконов «просто вещами». Рей вздохнула. Если бы она хотя бы не переоделась тем утром в свою обычную одежду! Конечно, ее штаны и рубаха куда лучше подходили для жизни в полуразрушенной башне на окраине Пустошей. Но если бы на ней все еще был тот самый восточный халат, у Кайло осталось бы хоть что-то из его сокровищ… Надо срочно что-то придумать, но что? Как его расшевелить?
Рей размяла плечи и шею, затекшие от работы, — привести башню в пригодный для житья вид было непросто. Ее рука задела цепочку… Ну конечно же! Она знала, что делать.
Рей подошла к Кайло и села рядом с ним на землю.
— Дай мне лапу, — сказала она.
Он сделал, как она попросила.
— Ладонью вверх. — У драконов это ведь тоже называется ладонью?
Рей сняла свой камешек — свое единственное сокровище — и вложила его Кайло в лапу.
— Это тебе. Подарок. Основа твоей будущей сокровищницы.
— Подарок? Мне? Но… — тихо выдохнул он. — Это же от твоих родителей…
— Ничего страшного, — твердо сказала Рей. — Я ведь его не теряю. Ты будешь его хранить. А я… буду рядом с тобой.
Кайло стиснул камешек, прижал лапу к себе и глубоко вздохнул. Рей поцеловала его в нос и легла рядом, положив руку ему на морду. Его глаза предательски влажно блестели под полуприкрытыми веками, но Рей сделала вид, что ничего не заметила.
***
Рей поняла, что ее дракон окончательно пошел на поправку, когда ей захотелось стукнуть его по голове чем-нибудь тяжелым. Он ее просто извел своим недовольным ворчанием. Ах, как ему теперь прожить без горячих источников! Ужас, кошмар, трагедия. Только та вода делала его чешую действительно блестящей, правильного обсидианового оттенка, а рога — матовыми. Рей, все еще сочувствуя Кайло из-за потери сокровищ, попыталась его утешить и сказала, что особой разницы все равно не заметно. О, это было ошибкой! На нее обрушился бурный поток возмущения людишками, которые ничего не понимают в драконах, красоте и гигиене. Особенно теми, кто всю жизнь просидел в такой грязной дыре, как Джакку. Ну это уже слишком!
— Если ты считаешь себя сногсшибательным красавцем и сердцеедом, — прошипела она, стискивая кулаки, — то должна сказать, что с таким мерзким характером тебе все равно ничего не светит!
Какое-то время он молчал. Потом, выпустив из ноздрей дым и сноп искр, рявкнул:
— А ты… Ты… А у тебя дурацкая прическа!
И взмыл под облака.
