Вошедшая в комнату женщина, облаченная в белый шелк с серебром, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней, обратив на Мэта свой взгляд. Глаза у нее были очень темными – таких темных глаз он никогда в жизни не видел. Женщина настолько поразила Мэта своей красотой, что от потрясения он чуть не забыл, как дышать: черные как ночь волосы удерживала превосходной работы лента плетеного серебра, а поза была исполнена той грации, какая редко бывает даже у танцовщиц. Мэту показалось, что когда-то она ему встречалась, но он сразу же отбросил эту мысль. Решительно ни один мужчина не позабыл бы такую женщину.
– Полагаю, когда вы как следует отъедитесь, вам, может статься, и не стыдно будет себя показать, – промолвила она, – но сейчас, вероятно, лучше все-таки что-нибудь надеть.
Несколько мгновений Мэт продолжал все так же глазеть на нее; потом его вдруг осенило, что он стоит перед ней совсем голый. С пунцовым лицом юноша проковылял к кровати, накинул на себя, как плащ, одеяло и не сел, а скорее плюхнулся на краешек постели.
– Простите за… Я хотел сказать, что я… ну то есть я не ожидал… Я… я… – Мэт сделал глубокий вдох. – Прошу прощения, что застали меня в таком виде.
Он по-прежнему чувствовал, как жарко пылают щеки. Ему на миг захотелось, чтобы здесь оказался Ранд, кем бы теперь тот ни был, или хотя бы Перрин. Они бы наверняка дали ему дельный совет. У них-то, похоже, всегда получалось ладить с женщинами. Даже девушки, которые знали, что Ранд с Эгвейн едва ли не обручен, частенько засматривались на него, а неспешность Перрина, как видно, считали покладистостью и весьма привлекательной чертой характера. Мэт же, как ни старался, перед девушками всегда умудрялся выставить себя круглым дураком. Вот точь-в-точь как сейчас.
– Я бы не стала являться к вам, Мэт, подобным образом, но так вышло, что я оказалась здесь, в… Белой Башне, – она улыбнулась, словно это название ее забавляло, – с иной целью, и мне захотелось полюбопытствовать, как вы тут все.
Вновь лицо у Мэта покраснело, и он повыше натянул на себя одеяло, но незнакомка, по-видимому, вовсе не намеревалась его поддразнивать. Двигаясь изящнее лебедя, она плавно подошла к столу:
– Вы голодны. Зная их методы, этого и следует ожидать. Обязательно съедайте все, что вам дадут. Вы удивитесь тому, как скоро вновь наберете вес и восстановите силы.
– Простите, – произнес неуверенно и слегка растерянно Мэт, – я, случаем, вас не знаю? Не в обиду, но вы мне кажетесь… знакомой.
Она не сводила с юноши взгляда до тех пор, пока тот не заерзал смущенно. Такая женщина вправе ожидать, что ее запомнят.
– Вы меня могли раньше видеть, – сказала она наконец. – Где-нибудь. Зовите меня Селин. – Она чуть склонила голову набок; судя по всему, она ждала, что Мэт вспомнит это имя.
Оно и впрямь пробудило некий отклик в глубинах памяти. Мэт подумал, что, должно быть, прежде ему доводилось его слышать, но когда или где – он не сумел бы сказать.
– Селин, вы – Айз Седай?
– Нет, – возразила она тихо, но с неожиданной силой.
Только теперь Мэт впервые внимательно присмотрелся к посетительнице, на сей раз сумев разглядеть не одну лишь красоту. Она была почти одного роста с ним, стройная и сильная, если судить по тому, как она двигалась. Определить ее возраст Мэт затруднялся – она могла оказаться старше его на год или на два, а то и на все десять, – однако на ее гладких щеках не было ни морщинки. Ожерелье из полированных белых камней и плетеного серебра гармонировало с широким поясом ее наряда, однако кольца Великого Змея она не носила. Отсутствие кольца не должно было его удивить – ни одна Айз Седай никогда бы не сказала прямо, что ею не является, – и все же он удивился. Ее словно окружала некая аура – уверенности в себе, осознания собственной власти, не уступающей могуществу любой королевы, и еще чего-то большего – всего того, что для Мэта связано было с Айз Седай.
– Но вы же вовсе не послушница, верно? – Он слышал, что послушницы носят белое, но ни за что бы ни поверил, что она – одна из них. «Да рядом с ней Илэйн выглядит прислужницей». Илэйн. Вот еще одно имя всплыло в голове.
– Едва ли, – кривя уголок рта, промолвила Селин. – Давайте просто скажем, что я – некто, чьи интересы совпадают с вашими. Эти… Айз Седай намереваются вас использовать, но, думаю, вам по большому счету это даже понравится. И вполне устроит. Ведь нет нужды убеждать вас стремиться к славе.
– Использовать меня? – К Мэту вернулись воспоминания, как он размышлял на эту тему, только тогда его мысли были о Ранде – о том, что Айз Седай хотят использовать Ранда, а не его. «Проклятье, у них же нет планов на меня! Свет, ведь не может такого быть!» – Что вы имеете в виду? Разве я для кого-то важен? И кому я нужен? Разве что самому себе. Да и какая такая слава?
– Я знала, что вас к ней потянет. Больше всех – вас.
От ее улыбки у Мэта закружилась голова. Он взъерошил рукой волосы. Одеяло соскользнуло, и Мэт поспешил поймать его, пока оно не упало на пол.
