– Нужно! – хлопнул в ладоши Марек. – Тем более что заниматься этим все равно некому.
– А ты, стало быть, видение, ходячий обман чувств?
– Обремененный делами обман чувств, – поправил он. – Жди того, что по вечерам и ты будешь исчезать.
– Куда? – осторожно поинтересовалась я.
– Узнавать чужие секреты, – спокойно ответил он. – У меня много вопросов. Почему маг, полвека собиравший по зернышку драконьи тайны, выбросил знание на свалку? Откуда девочка из заштатного городка знает такие приемы фехтования, что у меня, лучшего мастера Галавера, глаза лезут на лоб? Что поделывают уцелевшие драконы? Наконец, кто и за что зарезал безобидную парочку с юга, и почему не тронул их золота? Последнее, кстати, касается и тебя: мы этим займемся.
– Да меня и второе касается. Или третье? Про девочку – какой это номер?
– Второй. Отвечать сейчас не обязательно, но когда-нибудь придется.
– А вдруг тебе не понравится ответ? – Я скосила голову. – Что тогда?
– Ли-ин. – Как тогда, на постоялом дворе, Марек присел передо мной на корточки. – Ты представляешь, какая это сумасшедшая сила – искренность? Когда ты можешь говорить обо всем, зная, что тебя поймут?
– Но эта же сила больно бьет… в случае лжи?
– Очень, – серьезно подтвердил Марек. – Но иначе ничего не получится. Точнее, получится драконы знают что. Лин, я примерно знаю, кто ты и что ты. Я могу представить, каково тебе сейчас. Я твой друг. Что бы ни случилось.
– Примерно? Он улыбнулся.
– Точнее, чем ты думаешь. Держи, – он протянул мне ключ из белого металла. – Комнаты рядом с моими. В отличие от Квентина, у тебя будет собственная ванная. Первый урок завтра во внутреннем дворе, с десятым ударом колокола. Погоняй их часа два.
– Договорились, – кивнула я. – Только… еще одно. Посоветуй, чем занять голову? Чтобы, – я махнула рукой на ограду вдали, – этого в ней не было.
– А ты садись на берег и попробуй докинуть камешек вон до того дерева, – он указал на противоположный берег реки, где тянулась к воде ива. – Справишься?
– Раз плюнуть, – ошарашенно пробормотала я. – Подумаешь, сорок метров!
– Меньше. Не суть. Представляешь, поднимет на тебя руку маг, а ты его по запястью камешком?
– Может быть, сразу запастись арбалетом? Чтобы наверняка?
– Заметит, – Марек покачал головой. – И поставит огненный щит. А вот камешек – очень даже.
Следующий день прошел словно во сне. И шутки на занятии, и темная резная кровать с белоснежными подушками, и медные трубы в ванной. В голове по-прежнему было пусто, но время от времени по телу прокатывалась теплая волна. Будто частичка меня бесстрастно сообщала: твоя, жизнь, Лин, изменилась к лучшему. Прими к сведению, пожалуйста.
Я и приняла. Но что-то мешало считать Галавер, новую комнату и новую должность своими. Все казалось временным, как долгий отдых. Как школьные каникулы.
Я размахнулась и закинула камешек далеко в реку. Значит, скоро что-нибудь изменится. А пока поиграем в блинчики на воде.
У реки, под тополями, невысокий холмик и ложбинка образовали нишу, в которой я и устроилась. Ива на другом берегу оставалась недостижимой целью, но дважды мне удалось потревожить соседние с ней кусты. О том, что плоские камешки у воды грозили закончиться, а число блинчиков-подпрыгиваний увеличилось с шести до восьми, я решила Мареку не рассказывать.
– Развлекаешься? – раздался голос сверху.
– Так легче не думается, – отозвалась я. – Квентин, это ты?
– Его бледная тень, – Квентин обошел холмик, уселся рядом, и в воде зарябило его отражение. – Марек тебя тоже до седьмого огня гоняет?
– И не думает, – я обернулась к нему. – Со вчерашнего дня его не видела. Он обещал интересное расследование, но, похоже, решил ни с кем не делиться.
– Какое?
– Не спрашивай: я даже имен не знаю. Два трупа, золото не тронули. Лучше расскажи, чему ты учишься у Эйлин.
Квентин глубоко вздохнул.
– Ну…
К тому времени, как он закончил рассказывать, я построила на краю берега пирамиду из плоских камешков. Желтоватая вода плескалась в нижних ярусах.
– …И мы все умрем? – спросила я.
– Ты когда-нибудь в этом сомневалась?
– Если честно, – я задумалась на секунду, – то да. Помнишь, как мы сидели у костра?
– Смерти не было, – Квентин кивнул. – Но Эйлин считает иначе. Я сегодня все утро думал: правда это о высокой воде или преувеличение, чтобы подхлестнуть нерадивых студентов? Но легенды, де Верг, та женщина в дилижансе – все говорят одно и то же.
– Ты так странно произнес его имя… С Анри что-то не так?
– Мы чуть не поубивали друг друга, – Квентин дернул плечом. – Такое не забывается. Я не хочу сейчас о нем говорить, хорошо?
– М-мм. – Я аккуратно толкнула пирамидку левой пяткой. Верхушка плавно съехала в реку, образовав прямую дорожку под водой.
– Представляешь затопленный Галавер?
– Ничего не представляю, – я покачала головой. – Помнишь, как ты рассказывал мне о новой картине мира? Некоторые события в нее просто не вставить. Так и остается часть холста незакрашенной.
Квентин опустил взгляд. Быстро обнял меня за плечи – и быстро отстранился.
