– Мы знаем, что произошло, – Эйлин наклонилась вперед, и я впервые за день увидел на ее лице болезненную гримасу. – Отпрыск рода Кор захотел вернуться домой. Двое молодых людей пожелали его сопровождать, но когда запахло жареным, сбежали. И, как водится, поплатились.
– Трое, – коротко сказал де Вельер.
– Да, мы наслышаны, – Эйлин взглянула на Марека. – Квентин, вы еще не видели Саймона? Живая легенда как-никак.
Хороший вопрос.
– Я отправился прямо в лазарет, – мертвым голосом ответил я. – Не сомневаюсь, мы увидимся позже.
– Если от него что-то останется к тому времени, – мрачно заметил де Вельер. Цепи опоясывали его в три слоя, но в эту минуту я почему-то усомнился в их прочности.
– Добр же молодой Кор, если вы убиваете по его указке, – Эйлин покачала головой. – И храбр. Он знает о вашей… миссии?
«Нет», – чуть было не вырвалось у меня. Даже не догадывался. Может быть, хватит уже горьких шуток? Доброе имя летит в пепел… да и гори оно огнем. Пусть хоть Лин останется жива – о большем я уже не прошу.
– Я не могу ответить, – спокойно сказал пленник.
– Не знаете или не хотите врать, – пробормотал Марек. – Тогда почему…
– Когда очень хочется, «почему» не имеет значения. – Дверь приоткрылась, и на пороге показалась знакомая фигура. – Марек, вы будете со мной разговаривать или мне ждать, пока Первый вернется из-за неба? Мой дилижанс уходит через полчаса.
Последний раз я слышал этот голос, когда меня волокли из спальни родителей. Глаза заливала вода, а они торговались об оплате, о цене за мою голову…
Саймон!
По шее пополз холод. Я замер на месте, изо всех сил стараясь не вжиматься в стену и чувствуя, как каменеет затылок под шлемом. Если бы Эйлин не попросила меня набросить мантию, он бы меня узнал. Сразу. И – все. Конец.
Обернуться бы, хлестнуть предателя по щеке!
И очнуться по колено в воде, спеленутым, как де Вельер.
Де Вельером, похоже, владели те же чувства. За плотно сжатыми губами угадывалось рычание; пальцы левой руки бессильно скользнули по полу и замерли на забинтованном плече.
– Вы сидите, сидите, – небрежно заметил Саймон. – Не буду вам мешать.
– Саймон, вы злоупотребляете, – холодно произнесла Эйлин.
– Кто бы спорил! – развел руками тот. – Уделите мне внимание, и я исчезаю.
Эйлин подняла бровь.
– Деньги, – пояснил Марек. – Наш друг их любит.
– Правда? – Эйлин перевела взгляд на Саймона. – Отчего же?
– О, это долгая история, – усмехнулся тот. – Когда-то я пристроился к разбойникам. Опустим горькую правду и скажем, что я сделал это ради романтики: то, что мне захотелось есть, не столь важно. Так вот, тогда я впервые взял в руки золотую монету. С тех пор и покатилось.
– И за столько лет вам не надоело это занятие?
– Да как сказать, – Саймон уселся в дверях, вытянул ноги. Я мысленно поблагодарил небо, что мой куль притаился в углу. Лицо горело, как у мелкого воришки с рынка.
– Разбойники меня, конечно, кормили, – продолжал Саймон, – но я очень скоро понял, что от них не уйти. А я вольная птица, судари и сударыни. И я нашел тех, кто был сильнее. Тем и живу. Что делать, каждый меняет мир по-своему!
– Да вы славно спелись, – фыркнул де Вельер. – Вы уверены, что желаете отпустить меня на свободу,: господа? Вот он, ваш союзник, перед вами.
– Так-так-так… – словно про себя проговорил Саймон. – На свободу. Уже интересно.
– Вы выполняете наше поручение и получаете оплату, – пожал плечами Марек. – Разве судьба нашего гостя вас волнует? Когда он окажется на свободе, вы будете уже далеко. Чем вы недовольны?
– Отсутствием должного внимания к моей персоне, – улыбнулся Саймон. – Всего-навсего.
– Что ж… – Марек засунул руку в знакомый мешочек. Глухо звякнули монеты.
– Что за поручение вы ему доверяете? – язвительно поинтересовался де Вельер. – Сами не знаете, у кого девочка училась нашим приемам, и теперь хотите это выяснить?
Меня начало колотить.
– Возвращайтесь скорее, – Марек передал Саймону кошелек. – Я бы съездил сам, но увы. Квентин, проводите… хотя я, пожалуй, сам это сделаю.
– Я найду дорогу, – с улыбкой поднял ладони Саймон. – Мое почтение, Марек… сударь… сударыня…
Мне едва хватило сил наклонить голову. Саймон сделал длинный шаг назад, и дверь бесшумно закрылась.
– Решайте, – негромко позвал Марек. – Вам нужна свобода, нам – ответы. Мы не требуем от вас невозможного, де Вельер. Говорите.
– Мы враги, – пленник устало повел плечами. – Какой смысл?
– Смысл вот какой, – Марек опустился на куль с сеном. – Я, скажу честно, порядком зол. Галавер не чулан, откуда любой может стащить связку колбас. Но во все времена драконы ценили слово «честь». Я это помню. Некоторые, правда, – он криво улыбнулся, – понимают его по-своему.
– То есть ты оправдываешь убийство тех двоих? – пленник вскинулся.
– Не то чтобы, – Марек пожал плечами. – Но я понимаю, какие чувства двигали… кем, кстати? Отпрыском рода Кор? Вельером?
Пленник промолчал.
– Я понимаю убийство двух молодых людей, – повторил Марек. – Они предали, оскорбили кого-то из ваших; мне нет до этого дела. Но почему вы не убрались из города после того, как разделались с теми двумя? Зная, что мы идем по пятам?
